[AVA]https://a.radikal.ru/a27/1809/a0/b2fa66a5aede.gif[/AVA]Новость о том, что в этом мире существует реальный Санта поразила не так сильно, как тот факт, что у него есть какие-то особенные магические камни, способные исполнять желание тех, кому их подарили. Но именно подарили, это главное условие. То есть, если такой камешек украсть, то ничего не будет, они превратятся в самую обыкновенную, бесполезную безделушку, которой грош цена, если не меньше. А ещё больше удивился, когда узнал, что один из таких вот замечательных камешков оказался в липучих лапках Гвен. И когда она только успела? В тот момент, когда собирались уходить? Да, вероятнее всего, потому что в последний момент все как-то поразбежались, чтобы перед уходом насмотреться на волшебное место. Та самая знаменитая фабрика и была была фабрикой, а перед входом живая упряжка с оленями! Ну, нет, только олени были живыми, упряжка — нет, не настолько всё волшебно.
Питер с самого начала догадывался, каким будет желание Стейси. Всё-таки она гостья из другого мира, Земли, как это называют. Странно только, что она сразу не воспользовалась предоставленным шансом, а тянула ещё целых полмесяца. С одной стороны, это было даже грустно, поскольку за несколько месяцев все найденные и подобранные на улицах Нью-Йорка Пауки превратились в один большой паучий ком, который сами и прозвали Паучьей семьёй. Звучит довольно-таки мило. Наивно, как сказали бы многие, но для всех «участников» это словосочетание было не пустым звуком. С другой же, можно было порадоваться, ведь она наконец-таки будет дома со своими друзьями и родными. Кажется, она что-то говорила про отца. А ещё тут не было нигде Майлза, значит, присоединится позже.

Так что же тут забыл Питер, который не являлся залётным гостем? А всё довольно-таки просто и банально. Он просто очень любопытный. А ещё Гвен попросила помощи, требовалось разобраться с какими-то ниндзя-преступниками. Прямо-таки сюжет для какого-нибудь супергеройского сериала с небольшим бюджетом. Ну, такие чёрные тряпочные комбинезоны и повязка на половину лица. Когда-нибудь этим ребятам догадается кто-то сообщить, что это не самый надёжный способ защитить своё лицо от прямых ударов.
— Готов, — тут же отозвался Паук, вытянувшись по команде «смирно», наглядно выражая свою готовность. В этот раз пришлось оставить броню дома. Да, он был в своём предыдущем костюме, который тоже был сделан мистером Старком. Но! После того, как у лапках Паркера оказался совершенно новый, ещё более высокотехнологичный костюм из того же материала, что и броня Железного Человека, он решил, что может вытворять с ушедшим на покой костюмом то, что захочет. Именно этим и занялся. Цветовая гамма оставалась той же, изменился только функционал. Там больше нельзя было услышать привычный голос своего ИИ, зато появились другие интересные функции, которые ещё, увы, не удалось испытать в действии. Что ж, вот и отличный повод. Броня была на кратковременном ремонте, надо было кое-что кое-где подкрутить. Не каждая встреча с уличными преступниками заканчивалась хорошо. Не стоит также забывать о суперзлодеях, многих так и не вернули обратно в Рафт. Никаких серьёзных повреждений, что затормозят функционирование надолго, но лучше всё перепроверить.

— А ты, — подбираясь поближе к Гвен, устраиваясь за спиной и заглядывая через плечо. Линзы маски заметно округляются, когда заветный камень оказывается в руках девушки. — Знаешь, как им пользоваться? Может, инструкция какая-то? Потереть, чтобы вылез Святой Дух Рождества? — но всё оказывается гораздо проще. Даже странно. — А, вот как это делается, — правая линза стала уже, чем левая, а сам Питер отошёл немного в сторону, чтобы случайно и его не обдало «магией Нового года и снега Южного полиса» или где там на самом деле находилась знаменитая Лапландия?..
А ведь и правда сработало. Портал послушно открылся и даже не захлопнулся сразу, значит, продукт не бракованный.
— О, это очень похоже на порталы Доктора Стрэнджа, — только цвет немного другой и размером побольше. И наверняка перемещение будет более.. активным, раз уж сама Гвен сказала, что лучше не есть. Так всегда говорили перед тем, как пойти покупать билеты на американские горки. Но Питер, сколько себя помнил, постоянно закидывал в себе перед такими развлечениями как минимум порцию сладкой ваты и ничего. Страшно было, этого не отнять, но в отличии от немалого количества людей, его не тошнило, ибо не было предрасположенности к морской болезни. И слава богу!
Благодарности теоретическому Всевышнему прервала Стейси, обхватившая тушку красно-синего Паука руками, стискивая в объятиях. Сам Паук этого никак не ждал, а потому тут же начал кряхтеть и издавать странные хрипящие звуки, похожие на те, которые издаёт человек, когда пытается кашлять и смеяться одновременно.
Кола это заманчиво, а потому Паркер сам сжимает ладонь девушки и сигает вперёд. Впрочем, как обычно. Головой в самую пучину чего-то непонятного и неизведанного. Потому что кола это серьёзно!

Это было похоже на трубу. Трубу, в которую засасывает, а потом швыряет в нужное место. Питер приготовился выпускать паутину, даже перевернулся, падая теперь не головой вниз, а спиной. А потом бабах и прямо на пол. Несколько секунд понадобилось для того, чтобы понять, какого чёрта только что случилось. Неприятное ощущение растеклось по всему телу, вынуждая Паука поднять и руки, и ноги вверх, изображая подстреленного кабана, не иначе. Он-то рассчитывал на то, что окажется не сразу в чужой комнате, а на улице города, зацепится паутиной за край какого-нибудь здания, ну и дальше по уже накатанной схеме.
— Ау.. — всё-таки порталы Доктора Стрэнджа были лучше, через них просто переступать можно. Оп-па и сразу в нужном месте. Но больше всего в них нравилось то, что можно говорить «одна нога здесь, а другая там», эта фраза сразу приобретала буквальное толкование. И это весело, кто бы что ни говорил. Но Док всегда относился ко всему слишком серьёзно. Всегда его серьёзное бородатое лицо.
— Здравствуй новый мир? — снова кряхтя, кое-как перекатывается и рывком поднимается на ноги, осматриваясь. Это и правда была комната Гвен. — Миленько, — хмыкнув. По виду ну чисто девчачья комната.

— Ч-чего!? — Паркер не слышал никакого голоса, так как успел увлечься рассматриванием плакатов на стене. Кажется, это какая-то местная музыкальная группа. Ну, если судить по наличию микрофона, звуковой установки, барабанов и синтезатора, то.. Внезапное предложение Стейси оказалось.. внезапным, да. Понятное дело, что дома может быть кто-то из близких, но.. она не пытается сохранять тайну личности или случилось всё так же, как у него в своё время с тётей Мэй? Это идеальная возможность спросить. Но позже, так как Гвен сразу же унеслась вниз, так что делать нечего.
Почувствовав себя крайне глупо и неловко, Питер размял плечи и тоже начал спускаться вниз по лестнице, стараясь ступать как можно более бесшумно, словно он был преступником, тайно пробравшимся в чей-то дом. Преступник-паук. Выглядывая из-за угла, первое, что испытал Паук, это чувство облегчения. Видимо, это и правда был Стейси-старший. Выходя на свет, парень подходит ближе, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание, дабы не разрушить такой трогательный момент, да и чтобы не казаться угрозой. Навряд ли к бедному человеку каждый день заваливаются костюмированные люди.
Мужчина в форме переключает внимание с прибывший дочери на Паркера, как только Гвен представила его. Официальненько так. Но, признаться честно, с самого начала стало интересно, как именно она его назовёт. По имени или же нет? Помнится, здешний Питер Паркер закончил не лучшим образом. И от этого стало ещё более неловко, чем с самого начала.
— А.. А, да, здравствуйте, — спохватившись и тоже протянув руку, чтобы пожать чужую ладонь. — Да я и не сделал ничего такого, — другой рукой почёсывая затылок. — Всего лишь помог Гвен познакомиться с волшебником, который сводил нас в гости к Санта Клаусу, — со стороны это наверняка звучало как минимум просто странно. Но если этот мужчина знает про другие Земли, то навряд ли чему-то удивится. Или всё-таки удивится?

Когда рукопожатие закончилось, красно-синий отшатнулся в сторону, поближе к младшей Стейси.
— Слушай, а.. это нормально? Ну, что твой отец знает про тебя и.. ну, твою жизнь? И про другие миры. Тут все об этом знают? — а вдруг каждый второй мог обзавестись специальным прибором и скакать из портала в портал? Если так, то жизнь у местных жильцов и правда ничего себе, драйвовая.

Отредактировано Peter Parker (2018-09-16 09:44:43)

[AVA]https://a.radikal.ru/a27/1809/a0/b2fa66a5aede.gif[/AVA]Теперь осталось только начать вести отдельно список самых неудачных и самых нелепых моментов в жизни. И сейчас ситуация явно относится ко второму варианту, поскольку Питер на самом деле ощущал странную неловкостью Он будто незваный гость, который решил просто заскочить в гости, потому что скучно, но семья дома была занята своими личными делами и теперь на пришедшего смотрели с негодованием и немым вопросом «когда же ты наконец уйдёшь».
История Гвен и правда чем-то напоминала его собственную. Конечно, когда в тебя тычет огнестрельным оружием собственный отец, это.. странно и наверняка неприятно. Но что-то подсказывало, что тётя Мэй навряд ли будет более безобидной, чем вооружённый полицейский. Именно поэтому тогда Питер не начал оправдываться и как-то отнекиваться.. только поначалу. Пришлось всё рассказать. Впрочем, в ответ он получил тоже немало интересной информацией с неожиданными подробностями. Подёрнув плечами, он хмурится, что отражается и на линзах маски — они заметно сужаются, превращаясь в узкие светлые щёлочки.
— О, правда? — новости о том, что в этом мире есть настолько гениальные люди оживили Паука. Было бы интересно познакомиться с таким человеком и поговорить о том, что интересовало. И если он правда создал целый телепорт, то точно можно придумать целую уйму интересных вопросов и, быть может, покопаться в устройствах. Питер это дело любил, хотя по понятным причинам был ограничен в этой сфере. Он всё-таки работал обыкновенным фотографом, а не учёным. Приносил в редакцию фотографии, а не вклад в научный мир. И это удручало. — Было бы интересно.. а? — левая линза маски дёрнулась, а сам Паркер опустился на диван, усаживаясь. Прошло только несколько секунд, как он снова вскакивает со своего места, хватаясь за голову.
— То есть, как это? Тот самый Джей-Джей-Джей и есть мэр!? — представить это оказалось сложнее, чем думалось. Вот окажись он мэром в их мире, то.. то что? Наверняка выселил бы Человека-Паука из города и объявил на него охоту. Хотя и так была шумиха с неделю или две после статьи о том, кто же на самом деле скрывается под красной маской. Поёжившись, Питер резко почувствовал себя неуютно. — Да тут, оказывается, жить просто невозможно, — снова опускаясь на диван, на этот раз усаживаясь нормально.

Когда папа-Стейси вернулся из кухни, Паук склонил немного голову, в свою очередь буравя взглядом ни в чём неповинный пол, но мог отчётливо ощущать чужой взор на себе. И это удручало ещё сильнее, чем тот факт, что заняться любимым делом сможет только в колледже. Если удастся поступить, само собой, в большинство хороших учебных заведений большой конкурс, а похвастаться какими-то особыми наградами не мог, потому что на это банально не хватало времени из-за супергеройской рутины. Но нельзя просто прийти и сказать «я Человек-Паук, возьмите меня».
Притянув к себе стакан с лимонадом, Паркер слегка приподнял маску так, чтобы было видно только половину лица. Сделав несколько звучных глотков, он вновь замер, когда речь зашла о маске. Пускай на этой Земле всё было совершенно иначе, но не хотелось, чтобы ещё больше людей знали о том, что.. а, нет, не важно. Фраза «один из Питеров-Пауков» вызвала толпу мурашек. Привыкнуть к разнообразию уже успел, но это всё равно было жутко. Вот так живёшь себе спокойно, а тут оказывается, что таких как ты куча и ты ничерта не уникальный. Даже имя и то одинаковое!
— Извините, — неуверенно бурчит Питер, опуская руку со стаканом, другой рукой окончательно стягивая с лица маску. Он всё ещё боялся того, что многие узнают секрет его личности, но перед теми, кто его и без того знал, не стеснялся щеголять без маски. — Да, я Питер Паркер, очень.. приятно.
Ещё несколько глотков и стакан был опустошён.

А после Гвен пустилась в увлекательное повествование с активной жестикуляцией. Питер, сидевший рядом, то и дело отклонялся в сторону, чтобы рука Паучихи прошла всё-таки мимо носа, не угодив в него так прицельно. Всё, что он сейчас делать, это только поддакивать, внимательно следя за тем, что и как Гвен рассказывает. Этот факт был ему интересен, так как продолжал невольно сравнивать её отца и свою тётю. Мэй тоже рассказывал не всё. И пускай женщина была не глупой, догадывалась об этом, но никогда не наседала, не вытягивала информацию клешнями, дорожа тем, что ей рассказывают самовольно. Это ведь тоже доверие. А не доверять тёте не было причин.

И всё-таки хорошо, что стакан лимонада был опустошён ранее. Внезапное предположение Стейси старшего оказалось ещё более внезапным, чем предложение Гвен спуститься и познакомиться. Питер широко раскрыл глаза, подскочил на месте и так крепко сжал рукой бокал, что тот только едва не лопнул.
— Нет! Что Вы, я никогда бы.. то есть, нет, Гвен хорошая девушка, да, но.. не в том смысле. То есть, я хотел сказать, что.. ну.. — когда случалось нечто настолько неожиданное, то сосредоточиться было сложно. Но и для самой Гвен это стало сюрпризом, она даже закашлялась. Паркер уже было поднял руку, чтобы помочь и постучать по спине, но опомнился. В той, которую поднял, был стакан. Перекинув его из одной руки в другую, всё-таки стукнул пару раз ладонью по чужой спине.

Но где одна неожиданность, там и другая. Питер слишком расслабился, а потому такая бурная реакция повлекла за собой последствия. Паук снова встрепенулся и подпрыгнул на месте, отскакивая от Гвен как котёнок от тазика с ледяной водой, подбросив бокал, отшвырнув его куда-то в сторону. Но реакция не позволила ему упасть. Паутина цепляется за стеклянный стакан, притягивая его обратно прямиком в ладонь. А ладонь другой руки приложил к своей груди, выдыхая с облегчением. Так, на сегодня потрясений более, чем достаточно, надо с этим завязывать.
Наблюдать за перепалкой отца и дочери было неудобно, честное слово. Сам Питер не понимал сути происходящего, поскольку для него это было чем-то непознанным. Своего-то отца он даже не помнил, знал только от слов тёти и знакомых, что своим умом он пошёл в Ричарда. Именно так его звали. Всё, что осталось, это имя и единственная семейная фотография.
— Амм, — кашлянув и отставив стакан в сторону, красно-синий Паук встал с насиженного места, поднимаясь на ноги. — Я думаю, что нельзя оставлять такую опасную вещь у преступника, с ней он может принести много бед не только этому миру. Я здесь, чтобы помочь Гвен справиться с этим. Можете не волноваться, я защищу Вашу дочь, — в отличии от всего прочего, это не было сказано с той неуверенностью, которую демонстрировал ранее.

[AVA]https://a.radikal.ru/a27/1809/a0/b2fa66a5aede.gif[/AVA]Навряд ли от него вообще ожидали чего-то другого. Впрочем, что ещё должен был ответить тот-самый-дружелюбный-сосед, пускай он даже был с другой Земли? Это теперь Питер понимал, что далеко не все Пауки были такими же. И дело даже не в уникальности и индивидуальности, просто каждый смотрел на мир по-своему и у каждого были какие-то свои методы борьбы с преступностью. А некоторые её даже поддерживали. Может, не напрямую, но поддерживали. И Питер чувствовал себя не комфортно из-за этого. С каждым разом, с каждой встречей с новым представителем паучьего семейства, он всё больше и больше чувствовал себя ответственным за то, что они делают. Это невозможно объяснить и так же невозможно понять, откуда взялось подобное ощущение, но оттого факт не перестанет быть фактом. И Пауки, которые каким-то образом оказались на его родной Земле, были на его совести. Все их поступки стремился исправлять именно Питер, просто потому, что чувствовал себя обязанным. И он был рад, что с ним была Гвен. Странно или нет, но с ней оказалось иметь дело проще всего, она хотя бы разделяла его точку зрения на спасение мира, с ней было проще договориться, несмотря на то, что она девушка, а с девушками всегда были какие-то проблемы. Была ещё Синди, с которой чувствовал странную связь, основанную на беспочвенном доверии, но с ней не был знаком так же долго.
— Ну что Вы, — Паркер тоже решил вмешаться, чтобы пресечь попытку мужчины даже думать в эту сторону. Вот почему Питер всегда опасался раскрытия своего секрета тем, кого он хорошо знал и любил. Та же тётя Мэй. Вполне нормально, что она переживает за своего племянника, боится за него, старается как-то поддерживать и помогать, но это скорее исключение, чем правило. Жизнь супергероя была наполнена опасностями и это ещё слабо сказано. Пускай Человек-Паук не был таким же популярным, как Мстители, к примеру, но и по его душу приходили многие. Он отличался своей везучестью, вертлявостью и живучестью. Ну и ползучестью тоже. Пускай его способности уже не были уникальными сами по себе, он всё равно оставался защитником своего Нью-Йорка. — Гвен права, это может быть опасно для Вас. Нет, я уверен, что Вы профессионал своего дела, — ещё раз оценивая полицейскую форму, — но, уверяю, мы сможем справиться сами, — не хотелось бы, чтобы события повернулись иначе и в итоге пришлось защищать ещё одного человека, на этот раз индивидуально. Это может только помешать выполнению поставленной задачи. Именно поэтому Пауки обычно работали по одиночке, сбиваясь в кучки лишь в экстренных ситуациях, когда силы слишком очевидно не равны. Например, небезызвестные симбиоты, коих в жизни в последнее время стало многовато.

Почувствовав прикосновение к своему плечу, Питер только в лишний раз кивнул, подтверждая любые слова Гвен, поскольку она последний человек, который захочет вмешательства своего отца в дела со злодеями. На её месте он поступал бы таким же образом. Проще запереть тётю Мэй в её же комнате или на кухне, чем позволить ей влезать во что-то рискованное.
Но в итоге всё, вроде бы, закончилось даже неплохо. Глава семейства решил смириться со своей судьбой и уступил, не выдерживая натиска обоих Пауков. И это хорошо. Но лучше дождаться ночи, чтобы действовать более скрытно, а так как пока на улице ещё даже не стемнело, можно заняться чем-то другим. Только вот чем? Кажется, Гвен обещала экскурсию. И колу. Точно, кола! Как кстати она сама об этом вспомнила.
— Разумеется, — Питер поднял руку, согнутую в локте. — Не переживайте, мистер Стейси, всё будет в порядке, — отсалютовав, Паркер стоял на месте некоторое время, терпеливо ожидая, пока сама Гвен натянет на его голову маску. Странно, что она вообще за это дело взялась, но. И как только недостающая деталь оказалась на прежнем месте, следовало проверить «проводимость». Линзы то сужались, то снова расширялись несколько раз. Всё работает, а значит, точно можно в путь.
— Да нет, он прав. Тем более, я и сам пообещал, — довольно-таки спокойно отозвался Питер. Он и правда нервничал первое время, но к собственным обещаниям относился с подходящей для этого серьёзностью. Данное слово старался не нарушать, ведь знал, что это нужно делать, чтобы слова стоили хоть что-нибудь, а это важно, особенно для поддержания доверия.
— Маскировку? — склоняя голову набок. Видимо, именно сейчас на поверхность всплыл тот факт, что здесь Питер Паркер, по сути, уже мёртв и будет странно, если на улицах будет рассекать кто-то на него похожий. Хотя отчего же? Тут есть Гвен, есть Майлз, почему бы не появиться ещё одному последователю? В этом мире изначально было несколько Пауков, что уже автоматически упрощает задачу. — Я несколько модифицировал свой костюм. Без Карен придётся делать всё самому, так что я..

Выйти-то из дома они вышли, но впереди, кажется, ожидал целый квест с чередой подлянок. И в первую очередь соседи, как сказала Гвен.
— А кто это? — сам Питер никакую миссис Рипли не знал, а потому не мог с точной уверенностью сказать, какую «опасность» она может представлять. С другой стороны, это же самая близкая соседка, а они обычно знают всё.
Играть в игры в режиме стелс приходилось и ранее, причём, не однократно, потому Паркер знал, как следует действовать в такой ситуации. Прижавшись к забору спиной, он сначала подождал, пока это расстояние преодолеет Стейси, а только после двинулся сам, также пригнувшись, передвигаясь быстро, но маленькими шагами, у самого конца своего пути перекатившись и тут же выпуская паутину, активируя сразу оба веб-шутера, отклоняясь назад, используя механизм работы рогатки. Без труда перескочив пару крыш, красно-синий приземляется рядом с девушкой и опускается на корточки в привычной манере.
— Если мы будем передвигаться выше, то есть шанс, что меньше людей нас заметит, — вертя головой, смотря по сторонам. Пока что всё напоминало родной Квинс, практически никаких отличий. Или просто плохо присматривается? — Я ничего тут не знаю, поэтому веди. Но на самом деле я бы заглянул к тёте Мэй. Так, чтобы она ничего не видела. Она сейчас дома? — в этом мире Мэй могла быть совершенно другим человеком, особенно после того, что произошло. К слову, он ведь так и не знал, что случилось, но и спрашивать не хотелось, так как тема сама по себе не очень удобная. Вернее, совсем. Она могла работать, а могла и сидеть дома, как домохозяйка. Может быть, она завела пса? После новости о том, что здешний мэр это Джей-Джей-Джей, удивить навряд ли получится.

Отредактировано Peter Parker (2018-09-10 14:38:22)

[AVA]https://a.radikal.ru/a27/1809/a0/b2fa66a5aede.gif[/AVA]Странный этот мир, очень странный. И даже не тем, что чужой, а тем, что за короткое время пребывания в нём Питер успел почувствовать так много разных эмоций, что ещё немного и голова пойдёт кругом. Содрогнувшись, чувствуя мурашки на своём теле, Паук резко осунулся, двигаясь вперёд. Он всё ещё не решался спрашивать у Гвен о том, что же на самом деле произошло, но очень хотел. Думал о том, что эту историю мог знать кто-нибудь ещё. Может, её отец, старший Стейси? Наверняка, но спрашивать у него ещё более дурная затея. Тётя Мэй? Тоже скорее всего, но здесь он не должен попадаться ей на глаза, как бы не хотелось. Нужно сразу чётко запомнить, что он не её племянник, эта женщина не та Мэй, что ждёт его дома и наверняка разозлится, если тот задержится.
— Нет, я и правда.. и правда хотел бы взглянуть на тётю, — «ещё и». Всё-таки здесь эта женщина потеряла родного человека. Ему надо было это увидеть. В своём мире он рискует жизнью практически каждый день, и Мэй выглядит очень обеспокоенной. Этот мир станет своеобразной проекцией, покажет то, что случится при дурном исходе, если вдруг в один момент паучье чутьё подведёт и всё пойдёт не так, как было задумано. А счёт дням так вообще потерял, потому новость о том, что сегодня всё-таки воскресенье, поразила не меньше. Чёрт, значит, правда не стоит задерживаться здесь, ведь завтра школа. Пропускать нужно реже, ведь меньше, чем через полгода выпуск, финишная прямая, так сказать, важные экзамены и так далее по длинному списку, пока глаза не закатятся так, что можно будет увидеть космос, одновременно с этим заново рассчитывая массу Сатурна вместе с его неосязаемыми кольцами.

Также приземлившись на крышу и случайно слишком сильно отклонившись назад, плюхнувшись на пятую точку, Паук шикнул и подогнул колени. Впереди был дом. Именно дом, не постройка в несколько этажей, а самый обыкновенный дом. Да, жизнь у его (или не совсем его..) семьи была явно иной. Гвен казалась потерянной, даже.. убитой какой-то. И такой она стала сразу, стоило только приблизиться к нужному месту. Линзы маски сужаются, а сам Питер сидит некоторое время на месте, не шевелясь и ничего не говоря. Для него это тоже почему-то казалось чем-то сложным. Мысли о том, что его действия неправильные, не покидали. Может, всё-таки не стоит? Лучше пойти за той треклятой колой и забыть обо всём, что случилось? Отказаться от очередной глупой затеи? Нет, уже пришёл, а отказываться от своих слов и целей не привык, как ни крути, а потому пути назад не было.
Придвинувшись чуть поближе, Паркер опускает ладонь на плечо девушки, слегка сжимая пальцы. Он не знал всей сути случившегося, но прекрасно понимал её чувства. Всё-таки он пережил нечто подобное с дядей Беном. Ну, своим дядей Беном. Ох, это даже звучит ужасно.
— Не волнуйся об этом. Я уверен, что всё в порядке, — кивнув. Хотя голос и не звучал с должной уверенностью, которую пытался «передать» Гвен. — Если ты хочешь, — почесав затылок, привычно для себя поджимая плечи, — то после расскажешь мне обо всём, что произошло. Я уверен, что это не настолько страшно, — неловко хохотнув. Несмотря на всё своё желание быть полезным, помочь как-то, выглядел больше неловко и в какие-то моменты даже жалко. Ну, не умел, не дано. А в такое время одной только искренности намерений было мало.

Питер ещё раз оглядел Стейси. Но она уверенно не хотела никуда идти, решив остаться на этой крыше. Что же, видимо, тогда придётся действовать самостоятельно. И в первый раз пожалел, что не добавил к костюму функцию невидимости. Правда, не знал, как это делать, но.. это и не важно. Соскочив на землю и осмотревшись по сторонам, перебрался на другую сторону неширокой дороги и ловко перемахнул через забор, почти сразу оказываясь у стены чужого, но одновременно родного дома. Пригнувшись, чтобы не попасть своей дурной головой на обозрение в окно, Паук перекатывается. У таких домов обычно есть что-то вроде чёрного хода.. хотя зачем, если можно сделать иначе? Задрав голову и быстренько оценив обстановку, Питер припадает к стене и поднимается выше, метя в окно второго этажа. Закрыто. Впрочем, этого следовало ожидать. Но! Ещё не всё потеряно. Пробравшись выше, уже забывая об окружении, он подталкивает окно, ведущее прямиком на чердак. Оно-то точно открыто. Да, раза в три меньше, чем обыкновенное, но когда это считалось проблемой? Просочиться просто, самое главное это решить, что делать потом.

Ноги опускаются на деревянное покрытие пола. Не сдержавшись, Питер чихнул из-за пыли и тут же закрыл ладонью рот под маской, стараясь захватить и нос, потому как пылью тут и правда пахло ощутимо, что странно, на тётю это не похоже. Но как только взгляд выцепил торчащую рамку с фотографией, он сразу понял, в чём загвоздка. Судя по всему, тут были сложены его вещи. Ну, Питера. То есть, другого Питера. В смысле.. агрх, как же это всё-таки сложно. Подхватив фотографию и дунув на неё, Паркер понял, что он всё чаще и чаще забывается, находясь в костюме. Вздохнув и покачав головой, вернул снимок на место, пробежавшись взглядом по другим вещам, сощурившись. Это старый костюм, тут не было фильтра, а уже стало непривычным чувствовать все посторонние запахи.
Изучив парочку отдельных вещей и тихо хмыкнув, подошёл к дверце в полу и открыл её. Удивительно, что не заперто. Свидетельствует ли это о том, что несмотря на пыль, члены семейства сюда всё-таки поднимаются? Открыв её и прислушавшись, Питер спрыгивает на пол, оставляя для себя путь отхода. Делает он всё бесшумно, но это всё равно какое-то безумие. Оба Паркера бодрствовали, так как на улице только-только начало темнеть, как и полагается зимой, только вот.. Покусывая губы, Паук двинулся вперёд. Он всегда сначала делал, а только после обдумывал.

Откуда-то со стороны послышались голоса. Если судить ещё и по звуку посуды, то там находилась кухня. Звучно сглотнув, Питер только привалился спиной к стене и склонил голову. Голос дяди Бена был таким же, каким он его запомнил, таким же, как на его последнем голосовом сообщении, что до сих пор хранилось в памяти старого телефона. Это то, что хотелось сохранить и можно было переслушивать из раза в раз. Питер отвык от того, что его дядя говорит что-то кроме выученной речи. Другие слова с разной, меняющейся интонацией. Он бесшумно вздыхает и закрывает глаза, что отражается и на маске. Ладонь правой руки опускается на макушку, а пальцы сжимают ткань, слегка оттягивая, но тут же отпуская. Наверное, он зря пришёл сюда, наверное, зря потревожил и их, и себя самого. Развернувшись, он уже собрался возвращаться обратно, чтобы сообщить Гвен о провальности идеи, как резко останавливается. Нога опускается на скрипучую доску. Сердце, кажется, на секунду остановилось, пропуская удар. Руки тут же похолодели, а тело максимально напряглось. В голове пронеслась куча мыслей. И одна глупее другой. Идея сразу же заскочить на потолок показалась более-менее приемлемой, но отвалилась, стоило только разговорам на кухне утихнуть. Если побежать, то он перепугает их до смерти, что ничуть не лучше. Но если останется..

Отредактировано Peter Parker (2018-09-19 15:57:37)

[AVA]https://a.radikal.ru/a27/1809/a0/b2fa66a5aede.gif[/AVA]Питер понимает, что облажался в очередной раз, но теперь конец истории может быть совершенно другим, непредсказуемым, а не таким, как это было обычно. Раньше в таких случаях Паук просто начинал действовать более резко и быстро, сейчас он не мог и двинуться с места, в лишний раз просто пошевелиться, чтобы постараться избежать нежелательной встречи. Нельзя, это неправильно, несмотря на то, что очень хотелось поговорить с дядей Беном и обнять тётю Мэй, чтобы сказать, что он здесь и может быть рядом, вполне осязаемый. Да, он не тот самый Питер, не совсем её племянник, но он существует, вот такой вот герой из другого измерения. Но всё ещё неизвестно, как отреагирует уже немолодая пара, в то же время не хотелось доставлять неудобств и в лишний раз сыпать соль на рану. Но шаги неумолимо приближались, а в голове безостановочно вертелись всевозможные вариации отговорок и оправданий. И как на зло все глупые и неуместные. Не чем богаты, тому и рады, да?

Но неожиданный стук в дверь вынуждает красно-синего вторженца дёрнуться, выводя его из незапланированного оцепенения. Учащённо заморгав, Паук повертел головой и даже посмотрел наверх, руководствуясь нервным порывом, пытаясь понять, откуда именно звучал стук. Входная дверь? Гвен! Очевидный вывод и самый вероятный из всех возможных. Кажется, она тоже решила заглянуть на огонёк, ну или просто сумела вовремя среагировать, заприметив зарождающуюся неловкую ситуацию. Краткий взгляд в сторону окна. За прозрачным стеклом хорошо виднелись крыши соседних домов, на одной из которых и должна была остаться чёрно-белая Паучиха. Но сейчас там никого не было, а приближающиеся шаги вдруг стали отдаляться, так как коридор находился в противоположной стороне. За несколько секунд поняв в чём дело и сообразив что нужно делать, Питер тихо выдыхает с облегчением и разворачивается, сразу же отступая тем же путём, которым сюда и пришёл. Странно, что звука открывающейся двери так и не услышал, только неясную возню. Может, просто не обратил внимания или упустил, когда забирался обратно на чердак, чтобы выскользнуть на улицу через приоткрытое окно. Что ты задумала, Гвен? Уверена ли, что это хорошая идея?

Питер бесшумно соскакивает на землю, посмотрев наверх. Окно за собой также удачно закрыл, молодец, в спешке не забыл. Не хотелось, чтобы на чердак попал ненужный снег. Выдохнув снова, он замер, повернув голову, прикладывая ладонь к холодной стене своего, но не своего дома. Странные, чужеродные звуки привлекли внимание, и Питер снова невольно подумал о Гвен. Она не была похожа на подростка-шутника, что развлечения ради стал бы стучать в случайную дверь и убегать, однако точно могла бы мгновенно скрыться хотя бы на крыше после своей маленькой шалости во имя спасения товарища. Это ведь должен быть отвлекающий манёвр, а не прямой визит! Охнув и качнув головой, сам аккуратно обходит дом, выглядывая из-за угла, удивлённо округлив линзы маски. Никого и ничего, лишь удаляющиеся звуки и стремительно пропадающие где-то впереди силуэты, движущиеся в хаотичном порядке. Что-то случилось, это точно. Отсиживаться на месте не в его правилах, а потому ничего не ждёт и тоже устремляется в погоню. Город, его окружение, всё это выглядело очень знакомо, но вот только с населением проблемы. И даже хорошо знакомые, казалось бы, люди здесь имели иную личину. И это сильно усложняло дело. Ну и ещё тот факт, что местного Питера Паркера не было в списке живых жителей города. К слову, Гвен ведь так и не сказала, являлся ли он тоже Человеком-Пауком этой Земли.

Догнать парочку оказалось несколько проще, чем казалось. Паутина цепляется за край летающего устройства, а сам Паук упирается ногами в землю и тормозит, вынуждая затормозить и человека, что зачем-то преследовал Стейси. Ему что, не понравилось, что какая-то девчонка в паучьем одеянии начала шкодничать у чужих домов, стучать в дверь и убегать? Вот так со спины было не понять, кто же был пользователем современной версии ковра-самолёта. К слову, интересная штуковина, может, даже попросил бы посмотреть поближе, не будь она такой очевидно враждебной.
— Встретила старых друзей? — прикрикнул Паркер, чтобы его голос можно было разобрать сквозь шум двигателя глайдера. Удерживать преследователя оказалось гораздо сложнее, чем казалось, тем более, что он ещё и очень упёртый был. Потому Питер делает резкий рывок на себя. «Летающий человек» отклоняется назад вместе со своим устройством, лишь немного убавив высоту, но этого оказалось не достаточно. Тот, кто стоял там, обернулся. Его лицо было не просто недовольным, оно было.. злым. Да, точно, очень злым. Таким, каким никогда раньше его не видел. А ведь видеть приходилось.
— Гарри? — мысль о том, что это далеко не его друг, промелькнула в голове как недавно в доме семейства Паркеров. Это не тот самый Гарри, которого всегда знал. — Что происходит? — неужели тут он полноправно считался злодеем? Кем? Охотником на паучьих?

[AVA]https://a.radikal.ru/a27/1809/a0/b2fa66a5aede.gif[/AVA]Наверное, с самого начала стоило предполагать, что путешествие в соседнее (или не очень, в номерах миров всё ещё не разбирался, как и в порядке их расположения) измерение не пройдёт так тихо, спокойно и приятно, как долгожданный отпуск на островах, горах или берегу моря. В конечном итоге, в любой вселенной, где есть хоть какой-нибудь Человек-Паук, обязательно появится его враг, желающий уничтожить не только самого героя, но и всё, что с ним может быть связано: репутация, возможные близкие люди, одна только память чего стоит. Ну или лучшие друзья, которые совсем в конец распоясались и теперь решают заняться поиска той самой известной и заветной иголки, но теперь не в стоге сена, а в корзине с грязным бельём. Происки Нормана ещё слишком свежи в сознании, потому первое, о чём думает Питер, смотря на парящий глайдер и на внешний вид в общем, это та самая гоблинская сущность, о которой вспоминать хочется в последнюю очередь. Эта зелёная рожа, не менее странный и одутловатый костюм, какие-то странные приспособления и методы разрешения конфликта, всё это не вызывало никаких приятных ощущений.

Гвен оставалась в стороне, она попалась и пока ничего не могла с этим поделать, главная задача для неё — выбраться из чужих пут, а его — помочь другу в беде. Только вот сказать проще, чем сделать. Намного проще, поскольку, очевидно, Гарри (а не было никаких сомнений, что это именно он, даже на имя откликнулся, что уже о многом говорить) не был настроен дружелюбно по отношению и к только что подоспевшему арахниду. Грозно гудящий летательный аппарат оказался проблемой последней важности, потому что другие гоблинские примочки были куда более подвижными, а значит, могли принести больше вреда. Особенно если учитывать, что именно в это путешествие отчего-то решил не брать броню. И вспомнил об этом только тогда, когда по привычке обратился к Карен, а та не ответила сразу же, как это обычно было. Чёрт, точно ведь. Максимально сузив линзы маски, Питер целиком и полностью сосредотачивается на человеке перед собой. Человеке ли? Да, безусловно. И пускай это был далеко не тот Гарри, которого сам всегда знал и считал своим лучшим другом, он всё ещё оставался человеком, пускай и под воздействием чужой воли, а значит, следует сдерживать себя хотя бы самую малость, чтобы обошлось без последствий. Во-первых, самому хотелось бы избежать казусов, во-вторых, Гвен не простит.

Глайдер подобно огромной и разъярённой мухе устремляется наконец на своего потенциального противника, и Питер буквально чувствует, как в предвкушении напрягаются мышцы. Чутьё надрывается, несмотря на то, что и сам прекрасно видел угрозу и осознавал, насколько опасным это может быть, если не делать что-либо. Но, опять же, глайдер был не главной проблемой, как и эта странная светящаяся палка ярого фаната Звёздных Войн, как уже успела отшутиться Гвен, отбирая хлеб насущный. Знакомые тыквенные бомбы появляются быстрее, чем ожидал. Подумать только, этот Гоблин решает применить их сразу же, ничего не дожидаясь и даже не выстраивая самую призрачную стратегию, просто атакует в лоб, словно не понимая, что это самая проигрышная тактика, особенно если имеешь дело с Пауками.
— Неужели здесь влияние Нормана было настолько сильным? — как только взрывчатые бомбы приближаются к земле и соответственно к ногам, Паук делает несколько раз сальто назад, таким образом увеличивая расстояние, которое достаточно близко сокращается. Но не всё так просто. Видимо, глайдером управлять не так просто, если он находится совсем близко к земле, чуть не так дёрнулся, «крыло» зацепилось за дорогу и всё, авария. Поэтому Питер остался на месте даже тогда, когда Гарри практически вплотную приблизился к нему, угрожающе замахиваясь. Но вместо того, чтобы нормально уклониться, Паркер резко и сильно отклоняется назад, едва ли не припадая к земле спиной, но продолжая удерживаться в таком состоянии. Несколько секунд на то, чтобы жужжащая ерунда пролетела прямо над ним, давая возможность снова выпрямиться. И пока новоиспечённый (или нет, опять же, чёрт разбери жизнь в других измерениях) Гоблин осознаёт ситуацию и свой промах, Питер использует веб-шутер правой руки, чтобы ухватиться за рукоять светового меча, а левая используется для ног. Одновременно дёрнуть, разводя руки в стороны. Даже если младший Озборн не свалится с глайдера, то точно отшатнётся в сторону и выронит своё оружие, которое Паук в свою очередь сразу же притянул к себе.

— Ух ты, ты с этой штукой к себе на фестивали ходишь? — активировать это орудие было несложно, так как конструкция сама по себе незамысловатая. А ещё он не забыл о том, что Гвен была в западне с этой странной светящейся сетью. А то, что светится, не всегда приносит счастье и радость. Так что это почти джедайское орудие использовал как раз для того, чтобы помочь Стейси выкарабкаться из пут. По его задумке это должно было сработать, однако увидеть этого не суждено. Чутьё не утихало, а сам до последнего не обращал внимания на приближающееся знакомое жужжание, сделав первостепенной задачей избавление Гвен от сети, поэтому не успел увернуться от глайдера. Выронив палку из рук, Питер резко и неожиданно для себя взмыл в воздух, чувствуя крепкую хватку сильных руки в аккурат вокруг своей талии.
— Не такой я представлял нашу с тобой встречу. Вернее, я не представлял её вообще, — кряхтит красно-синий, прицельно пихнув Гоблина локтем в подбородок, после наступая на его ногу, как не самая удачливая партнёрша по танцам. Хватка пускай не пропадает полностью, но заметно ослабевает, позволяя Питеру выбраться, только вот набранная высота была неплохой. Но разве что-то такое когда-либо останавливало? Нет, конечно, потому он сигает вниз, но вместо того, чтобы тихо-мирно приземлиться в форме лепёшки, цепляется паутиной за сам глайдер, вынуждая его под весом опуститься чуть-чуть пониже.

[AVA]https://a.radikal.ru/a27/1809/a0/b2fa66a5aede.gif[/AVA]Питеру и самому не хотелось продолжать это непонятное безобразие. Он знал, что в этом мире не было такого же Питера Паркера, который мог быть другом Гвен и Гарри одновременно, который мог бы помочь младшему Озборну избежать участи его папаши в превращении в непонятное создание, вроде человеческой наружности, но со слишком скверным, просто гоблинским характером и желанием отрубить кому-нибудь голову своим световым мечом. Ну хоть Дарт Вейдером, спасибо, не нарёкся. Глайдер снижаться явно не намеревался, как и его хозяин, рычание которого, казалось, было слышно даже несмотря на рёв мотора. Паук хотел было раскачаться на паутине и как-то махом забраться обратно, чтобы столкнуть водителя, лишив его главной опоры, однако из-за постоянного движения и резких дёрганий во все стороны, сделать это было практически невозможно. Но и отпустить паутину тоже не выход, ибо хряпнуться прямо на землю было не лучшей идеей, да и Гарри мог сделать неудобный вираж, а концы его глайдера достаточно острые, стоит сказать. Поёжившись, Питер только перехватывается поудобнее, щуря линзы маски, всматриваясь в «поддон» летающего устройства. Посадить его следовало в любом случае, а вот как именно..

Только вот от созерцания отвлекает чутьё, трель которого возвращает в реальность, напоминая в лишний раз, что это не какой-то тренировочный аппарат, а всё ещё настоящая ситуация. Гарри не хотел больше играть в «подвисного Паучка», поэтому решил прибегнуть к посторонней помощи. А вот это уже просто нечестно! Металлический корпус чего-то непонятного (но явно материального, теперь наверняка синяк останется) вписывается прямо в плечо, вынуждая Питера зашипеть и даже слегка ослабить хватку, из-за чего скользнул немного ниже, но всё ещё держался за белую нить, которую, как показалось, начало колбасить только сильнее. А, нет, на самом деле показалось. Чутьё предупреждало не только о столкновении, но и о том, что есть ещё одна вполне себе автоматизированная механическая штуковина, способная летать, чтоб её. Несуразные роботизированные ласты обхватывают красно-синее тело, не давая ему возможности и дальше цепляться за паутину, играя в ёлочную игрушку.
— Да брось, Гарри, мы же друзья, — немного хрипло выдыхает Паук, ёрзая и стараясь как-то шевелить руками. Нет, ну а вдруг удастся выбраться их стальных обнимашек? Хотелось бы, потому как младший Озборн был настроен крайне серьёзно, хотя причины такой серьёзности всё ещё не понимал. На что он так сильно обиделся? — Что произошло? Не вернул ручку? Сломал карандаш? Наступил на ногу? — не прекращал тараторить он, словно стараясь ногами отпихнуть от себя металлическое чудище, но только и мог, что стучать по его «ногам», хотя и не был уверен, что это можно так называть. А ещё он не боялся говорить открыто, не думал, что необходимо как-то скрываться, как делал это в своём измерении. Да и там на него не нападали лучшие друзья с намерением как минимум убить.

Голос Гвен слышится отчётливо, словно она обращалась лично к нему, а не к Гарри с его супер современным сноубордом. И ведь подумать только, у неё получилось подбить глайдер с помощью той же штуковины, благодаря которой ей удалось выбраться из странной сетки. Вот ведь Озборн, вот ведь раздолбай, не разбрасывай полезные игрушки в следующий раз, если не хочешь, чтобы соперник воспользовался ими по полной программе, в отличии от тебя самого. А то ведь взял, толком не использовал, только помахал и покрасовался, а потом выбросил как ненужную вещь. Значит, у «Оскорп» тут всё идёт в гору и о материальной составляющей никто не переживал. Да и он не сильно расстроился, когда глайдер повредили. Оставалось только сказать это «ой, да ничего страшного, я новый сделаю и ещё лучше прежнего» с той же интонацией, которой обычно пользовались дети дошкольного возраста, возясь в песочнице. Ты сломал мой песочный куличик, а я сломаю твой.
Но робот всё ещё оставался тут как ни странно, только стал ощутимо сильнее сжимать, из-за чего Питер издал удивлённо-болезненное «ай», не лишённое ещё и возмущения. С ним бы тоже следует что-то сделать. И если это не человек, то церемониться нет смысла. Бюджетная версия R2-D2 сжимал гостя из другого мира на уровне груди, не давая двигать руками, но были ведь ещё и ноги. Не долго думая, Питер делает замах, слегка отклонившись в сторону, угодив ногой по «головешке» робота. Ну да, балерина та ещё, хотя поразительная гибкость и растяжка — общая черта всех Пауков. Очень полезная черта, к слову. Штуковина издала какой-то странный звук, похожий на низкий и приглушённый писк, описав кружок вокруг своей оси, слегка ослабив хватку. Только слегка, но этого было достаточно. Питер щурит линзы маски, напрягая мышцы, чтобы избавиться от последней преграды. И это даже получается. Теперь уже робот оставался без помощи рук. Ну что, неприятно так, да? Но вместо того, чтобы мгновенно полететь вниз, Паук вновь использует шутеры и паутину, чтобы уцепиться за металлическое ведро, что всё ещё пока держалось над землёй. Нужно было опустить его с небес обратно на асфальт. «Голова» у робота была широкая, достаточно широкая, чтобы вполне себе удобно приземлиться прямо сверху на неё. Тут тоже думать долго не пришлось, он просто сжимает пальцы в кулак, пробивая крепкий такой корпус, подобным образом окончательно выводя машину из строя.
— Ай, чёрт, больно же! — встряхивая правой рукой, чувствуя, как неприятно начали пульсировать костяшки.

Подвиснув на пару секунд, безжизненная куча металлолома устремилась вниз, а Питер вместе с ней. Вот это уже неприятно. Разбиться-то не разобьётся, но больно точно будет. И ведь даже паутиной не воспользоваться, ибо цепляться банально не за что, открытая местность, только сбоку столбы, на которых буквально держалось электричество целого квартала. Но они сбоку и коротковаты для такой авантюры будут, так что не вариант. Потому Паук просто жмурится, готовясь получить по почкам.. или по спине.. по голове, это смотря как приземлится. Однако вместо этого вдруг слышит только знакомый голос Гвен. Снова округляя сероватые линзы маски, Питер вертит головой, пытаясь понять, что произошло. А, вот оно что, значит, она просто подоспела вовремя и это очень хорошо, не хотелось бы заиметь лишних синяков, хотя, казалось бы, решил изначально просто проводить девушку и посмотреть, как она тут живёт. Да и своего рода научное любопытство тоже присутствовало, а тут сразу и какие-то проблемы, и попытки убийства и роботы управляемые. Наверное, во всех вселенных, где будет Паук, его непременно ждёт нечто подобное.
— Спасибо, — выдыхает в конечном итоге Паркер, когда его ноги вновь коснулись твёрдой поверхности земли. Расправив плечи и потерев костяшки пальцев правой руки ладонью левой, он перевёл взгляд на Стейси, слегка прищурившись. — Что это было? С чего бы вдруг Гарри нападать на тебя? Да ещё и.. что с ним произошло? — наверное, было глупо сравнивать два абсолютно разных мира, но с этим ничего не поделать, слишком привык к Гоблину-Норману, а не Гоблину-Гарри, который никогда особо не разделял политику и мировоззрение отца, скорее, наоборот, пытался ему что-то противопоставить, а тут.. неужели здесь всё было наоборот? Хотя удивляться нечему, тут жив дядя Бен.

[AVA]https://a.radikal.ru/a27/1809/a0/b2fa66a5aede.gif[/AVA]Можно было начать с банальной филосовшины в духе «настоящей ненависти не существует, её придумали просто злые люди, ищущие оправдания» или «ненависть не бывает долгой, чтобы ей отдаваться» или можно придумать что-то про огонь, который будет обязательно сжигать дотла, оставляя после себя следы отчаяния и вот это прочее-прочее, в чём сам Питер не слишком разбирался и мог говорить только в формате пародии, но складывающаяся ситуация не слишком-то способствовала возможным хохмам. Можно было пошутить про Гарри, про Гоблина, про его зелёный костюм, про Озборнов в целом и «чем эти окоянные занимаются там у себя в Оскорпе», только вот Гвен совсем не выглядела весёлой.
— У тебя маска какая-то грустная, — пожимая плечами, то ли просто стараясь привлечь к себе её внимание, то ли, наоборот, стараясь хоть как-то подбодрить, хоть самую малость, а то плечи Паучихи после отступления старого знакомого как-то уж совсем опустились. Питер и сам мог догадаться, о чём именно в дальнейшем может пойти речь, только вот истории целиком всё равно не знал, а делать выводы, не услышав ничего, непрофессионально как минимум. Но не тут, так не тут, какая разница, главное, чтобы было удобнее и подальше от людей с мигалками, которые точно вот-вот заявятся по души наглецов и тунеядцев, что на улицах такие погромы устраивают и не дают нормальным людям правильно отдыхать. Да и кто знает, какое место Гвен сочтёт «тем самым» для того, чтобы начать изливать душу. А и без того любому ёжику было понятно, что это нечто сокровенное, над чем стоит стрястись.. а даже если не стоит, всё равно трясёшься, потому что не можешь по-другому.

Ёрзая на месте и устраиваясь поудобнее, перехватывая банку с газировкой из рук Гвен, Паук обречённо выдыхает и устало склоняется вперёд, замирая в таком положении на несколько секунд, чтобы после резко снова выпрямиться. Что ж, настало время разобраться с тем, насколько сильно эта кола отличается от той, к которой привык на своей Земле. И пускай внешне Нью-Йорк выглядел совершенно точно так же, но, видимо, различия были внутри, проявлялись в мелочах и если это будут какие-то другие баночки лимонада или упаковки у шоколадных батончиков, то всем этим обязательно следует закупиться, жаль только, что, кажется, денег с собой не взял, так как с самого начала не рассчитывал на такое. Не брал же?.. Цокнув языком и свободной рукой стянув с головы маску, зажимая ту коленями, чтобы ненароком самому не столкнуть (даже по ночным улицам ходят люди, в некоторых местах ещё активнее, чем в дневное время суток), только после открывая шипящую банку с колой.
— Всё в порядке, — скромно откликается Питер, давая своего рода тот самый «зелёный свет», если Гвен он на самом деле требовался. Хотя что-то подсказывало, что она и сама, без подсказок со стороны, сможет рассказать то, что должна и хотела. Пускай это будет даже самый минимум только ради того, чтобы прояснить ситуацию, потому что Гарри являлся и его другом. Да, это немного не тот Гарри, но он всё равно оставался человеком, даже под властью злосчастного Гоблина, а потому автоматически был замешан во всё это.

Питер слушал её рассказ, неотрывно смотря куда-то вперёд, следя за тем, как фары проезжающих автомобилей светили какое-то время, в конечном итоге потухая и вовсе бесследно пропадая, заменяясь другими огоньками. Проезжая часть недалеко, оказывается. Кола так и оставалась преимущественно нетронутой, потому что сделал только единственный глоток ровно в тот момент, когда сидящая рядом Паучиха начала своё непростое повествование. Но о вкусе думать как-то не приходилось, потому просто не обратил на это никакого внимания, всё последующее время удерживая банку тремя пальцами, то удивлённо вскидывая брови, то, наоборот, хмурясь.
— Хм? — в свою очередь тоже повернувшись к девушке лицом с видом, будто всё это время сидел и витал в своих собственных мыслях, не вникая в суть рассказа. Но на самом деле это не так, всё прекрасно слышал и осознавал, хотя понять и не мог, ведь правильно понять сумеет только тот, кто испытывал то же самое, а чего-то похожего в своей жизни как-то не упомнить. — А разве должен? — выдохнув и покачав головой, пока что аккуратно отставляя открытую банку с колой на парапет рядом с собой, встряхнув рукой, несколько раз сжав пальцы в кулаки, а то сложилось неприятные впечатление, что мышцы просто за это время задеревенели, особенно если учитывать, что напиток в жестянке был всё-таки ощутимо холодным.
— Послушай, я понимаю, что это всё на самом деле непросто и не мне, наверное, об этом говорить, но.. ты не должна винить себя за это. Ты делала то, что должна была делать, — невольно поджимая губы и на мгновение отводя взгляд в сторону. Интересно, чувствовал бы то же самое, случись нечто подобное с доктором Коннорсом, которого не получилось бы остановить более лояльным способом? — Но я ведь тоже Питер, да? И как Питер я хочу сказать тебе вот что. Я не злюсь. И, уверен, не злился бы и твой друг. Более того, он понял бы тебя и сказал, что на самом деле ты молодец, потому что защищала других, — протягивая руку и опуская на её плечо ладонь, практически неощутимо сжимая пальцы. — Мне жаль его. И Гарри. Но Питер, — секундная пауза, — тот Питер запомнится всем просто хорошим парнем, а не огромной ящерицей-чудовищем. Понимаешь? — отводя другую руку в сторону. Сам не был до конца уверен, что вообще способен доносить до людей свои мысли правильно, когда они касались чувств, не важно, отрицательными они были или положительными. И то, и другое одинаково сложно.

[AVA]https://a.radikal.ru/a27/1809/a0/b2fa66a5aede.gif[/AVA]Когда Гвен немного придвигается, чтобы подтянуться и обнять, Питер в тот же момент подаётся вперёд, так как это было ожидаемо и, кажется, нужно. По крайней мере, для неё точно, тем более, что сам говорил всё это не просто ради того, чтобы отговориться, чтобы как-то успокоить или потому что не мог оставить это без внимания и просто проигнорировать, а ради помощи, хоть какой-нибудь, даже самой небольшой и малозначительной. Чувство вины всегда сильно тяготит. И порой это самое «сильно» достигает той отметки, через которую переступить просто невозможно, когда всё начинает валиться из рук, есть высокий шанс поддаться апатии и всему самому нехорошему, что только можно себе напридумывать. И Питер не хотел, чтобы нечто подобное случилось с Гвен. Они ведь друзья, а друзья должны помогать друг другу, даже если помощь заключается в неуклюжих словах. Он аккуратно опускает ладони на её лопатки, пригромоздив подбородок на плечо и прищурившись, свободной рукой перехватывая маску, что это время придерживал коленями, перед этим поставив рядом с собой на парапет открытую баночку с газировкой, снова хватаясь за неё только тогда, когда сила живительных обнимашек заметно ослабла и можно было снова почувствовав свободу. Всё так же удерживая маску рукой, прижимается к краешку алюминиевой банки губами, краем глаза наблюдая за тем, как девушка подрывается с места, поднявшись на ноги.
— А зачем в школу-то? — звучно сглотнув колу, кашлянув несколько раз, так как пузырики газировки здорово раздражали полость рта. Немного поёжившись, тоже поднимается с насиженного места, натягивая маску. Понадобится, раз снова придётся возобновлять путь, возвращаясь к прерванной экскурсии.

Ответ не заставил себя ждать. Питер ничего не спрашивает больше, просто отправляется следом, прекрасно понимая, что сейчас начнётся демонстрация, а это куда лучше, чем переданные словами рассказы. Лучше один раз увидеть, чем десять раз услышать. Так же говорили?
Перемахнув с верхушки уличного фонаря на стену школьного здания, устраиваясь рядом с Гвен, тоже заглядывает в окошко, удивлённо округляя линзы маски. Девушку с рыжими волосами узнал тут же, а потому ничуть не удивился, когда Паучиха озвучила её имя. Невольно перестаёшь всему удивляться после новости о выжившем дяде Бене и о том, что ты умер. Ну, не совсем ты сам, но всё-таки.
— Похоже на неё, — негромко усмехнувшись. Они с Мэри Джейн не были такими закадычными друзьями, да что там, можно сказать, что их отношения просто не тянули до отметки «друзья», особенно в последнее время, в отличии от Мишель, которой и «присудил» сокращение ЭмДжей, рыжую обычно называя по имени, никак не сокращая. Ну, так вот повелось. — Ого, а я не знал, что у тебя была группа, — если человек увлекается музыкой, это не всегда значит, что у него должна быть или уже есть собственная группа, частью которой он является. Питер знал об увлечениях своей подруги, но она ничего не рассказывала о своём мире, а потому этот простой, казалось бы, факт оказывается новостью. — Здорово, — слегка сужая линзы. Сам же в музыке не смыслил, обычно оперируя только «нравится» и «не нравится», хоть в школе и учился играть на гитаре.

— Так ты не пойдёшь? — тут же спрашивает Паук, как только Гвен начинает отстраняться от окошка. Он и сам успел отметить, что место у барабанов было свободно и уныло пустовало, словно дожидаясь кого-то. Хотя устраивать воссоединение в костюме, наверное, было бы неправильно, хотя Питер и не знал, как много людей, не считая отца, знали о тайне её личности. Вот Гарри точно не знал, насчёт остальных нельзя быть уверенным до конца. Но на сегодняшний вечер уже были другие планы, чуть более масштабные. Надо ведь как-то возвращаться домой, потому как застрять в чужой реальности самому точно не хотелось.
— Хм, а что ему нравится? Вернее, наоборот, не нравится. Что обычно привлекает его внимание? — потирая подушечками указательного и среднего пальцев подбородок, щуря линзы маски. — Можно было бы запустить салют? Его хорошо слышно, — шутить про слепоту было низко, даже если она у преступного авторитета, как выразилась Гвен. Питер всегда придерживался мысли о том, что человек есть человек, чем бы он ни занимался в этой жизни. Но один раз можно. Ну ладно, два ещё куда ни шло. — Или лучше просто к нему прийти? Ты знаешь, где он обитает? Просто если твои часы у него, то не факт, что он может быть дома. Лучше это проверить, вдруг получится пробраться туда каким-нибудь образом? — Питер говорил осторожно, так как превратностей местной жизни не изучал. А вдруг человек, про которого шла речь, не просто «криминальный авторитет», а какой-нибудь мифический дракон, что чахнет над чужими вещами как Кощей над златом, не выпуская ничего из своих рук. Тогда придётся постараться ещё сильнее.
Соскальзывая со стены школы вниз, спрыгивая на небольшой сугроб, красно-синий выпрямляется и поднимает согнутую в локте руку, намереваясь сказать что-то ещё, но замолкает, так как сверху прямо прицельно на макушку шлёпнулся комочек снега, вынудив встрепенуться и отскочить в сторону. Стряхнув непрошеного нарушителя личного пространства, тихо шикнул и поёжился. Костюм и без того был не слишком-то тёплым, по сравнению с той же бронёй, но пока что выбора не было.
— Ой, чёрт, — встряхнув руками, потоптавшись на месте и снова поднимая взгляд на Гвен. — Может, покидать в окно снежками?