Все вот эти вот супер способности определенно были не его. И когда Фитц избавился от вируса, позволяющего прилипать к стенам, стрелять паутиной и вот это вот все, Лео был крайне счастлив. Ему нравилось быть обычным человеком. Ему нравилось быть инженером. Пусть его разум еще иногда подводил парня, и некоторые слова вылетали, но тем не менее, с момента, как он получил травму и до текущего дня, прошло много времени и колоссальная работа. Можно сказать, он фактически был сам собой.

Из мыслей парня вывел сигнал о том, что нужные данные собраны и можно нести отчет к Джемме. При мысли об этом сердце Фитца невольно забилось сильнее, от накрывающей паники. Это было сложно и тяжело. Все, что происходило между ними. Все, что теперь осталось от их дружбы, несостоявшихся отношений и от ФитцСиммонс, которое уже не звучало от их друзей. Он скучал по Джемме, скучал по ее голосу, улыбке и поддержки, но поговорить им так и не удавалось. Он не хотел рушить остатки того, что есть, а она...он не знал, почему Джемма избегает разговора с ним.
Он не обижался на нее, не злился. Просто не понимал, в какой момент все окончательно стало так запутанно и не понятно. И тем более не понимал, как это исправить. А может просто не хотел досаждать ей. Все же, он все еще не был тем Фитцем, которого она знала и Лео казалось, что вряд ли он когда то полностью восстановится.

Ему было легче, пока Джеммы не было в ЩИТе. Не видеть ее в коридорах, не слышать ее голос. Это все было легче, чем теперь, когда в их дружбе не трещина, а кажется пропасть. Но теперь он ее видит, они обмениваются дежурными фразами и каждый занят своей работой. И Джемма его начальник.
Он снова выплыл из своих мыслей, негромко выругавшись что отвлекся и собрав документы, пошел в сторону кабинета Джеммы, все еще нервничая и волнуясь. Он всегда волновался рядом с ней. Ну, хоть что-то не изменилось.

В кабинете ее не оказалось, а вот проходящий мимо агент сказал, что видел ее в тренировочном зале, от чего Фитц неуверенно улыбнулся и почесал затылок. Он не помнил такого, чтобы Джемма среди дня была в тренажерном зале. Но может это была одна их тех вещей, что он просто не помнил?
Путь до зала был не долгим, а Лео все перебирал фразы, с которых начать разговор. Ему хотелось не просто отдать отчеты, а все же поговорить. Хоть что-то попытаться сделать в их отношениях.
Впрочем, чтобы он там не думал по пути, это все в миг улетучилось из головы, когда мужчина вошел в зал. Папка с документами выпала из рук на пол, а Фитц только и мог, что смотреть на Джемму, которая определенно управлялась со способностями, которых у нее никогда не было. Или было? Сколько еще секретов и тайн было?

-Джемма?..Ты?... — он в нерешительности смотрел на Симмонс, пытаясь сложить в голове пазл, который определенно складываться не собирался, — какого черта? — на выдохе произнес Фитц, запуская руку в волосы и разрываясь между желанием остаться и услышать ответ, или развернуться и уйти. Определенно, к такому зрелищу он был не готов, и был даже готов списать это на галлюцинации, но нет. Это было взаправду. И Джемма обладала способностями. Джемма была нелюдем. И он об этом не знал. Он вообще больше ничего не знал о жизни той, что всегда была рядом и была частью него. От осознания больно защемило в районе груди.

И не важно было то, что она чуть в него не попала. Он даже не дернулся, только повернул голову, в замешательстве смотря на то, что должно было воткнуться в его плечо и снова на Джемму. Все еще не зная, что ему делать. Уйти, остаться, подойти к ней и обнять. Чувство растерянности и паники накрывало слишком быстро и сильно, заставляя, в нерешительности проводить рукой по волосам, тереть подбородок и пытаться найти слова в голове, нужные слова. Впрочем, нужные или нет, они ускользали от Фитца.

Он задумчиво почесал пальцами лоб и решительно пересек зал, подавая руку Джемме, чтобы она встала.
- Ты так извиняешься, будто выколола мне глаз, - он чуть мотнул головой, пытаясь сосредоточиться. Ему было сложно. В ее присутствии, сейчас,тут. Мысли смешивали, эмоции тоже. И пусть он почти оправился, он все еще был не тем, кем раньше. И никогда не станет. Джемма, судя по всему, тоже. Вот только он не знал об этом. Не знал и видимо, в планах Симмонс говорить ему о таких изменениях в себе не было.

Да, они уже давно были друг другу совсем не теми, кем были когда-то, и пропасть между ними была огромной, но...но Фитцу было больно сейчас. Достаточно больно от того, что она не поделилась этим с ним.
Видимо, он уже не являлся для нее тем другом, которым был. Но почему тогда она трясется как осиновый лист из-за того, что чуть не поранила его?
Вряд ли это было бы больнее, чем день, когда он осознал, что она ушла. Вряд ли что-то могло сделать ему больнее. Физически - может быть. Морально...морально нет. Но он не обижался на нее, не лился. Просто грустил. И долгое время разговаривал с галлюцинацией, которая не оставила его даже когда настоящая Джемма вернулась в ЩИТ.

Но сейчас это было не важно. Ему ничего не было важно, кроме того, чтобы она тут не расплакалась из-за глупости, в которой не виновата. В конце концов, это был тренировочный зал. Кто же знал, что его теперь используют для суперсобностей. Впрочем, наверно все, кто сюда ходит - знали. Просто Фитц сюда не ходил, отдавая предпочтение эмулятору в лаборатории.
-Эй, ну перестань, - он нерешительно обнял девушку, погладив по спине, - нс меткостью тебе не повезло, в отличии от ума, - он попытался пошутить, но кажется, это было еще более убого, чем раньше. Да. Социальные навыки Лео еще оставляли желать лучшего. И он не был до конца уверен, что сможет восстановить их.
Он все еще путался в том, что нормально, а что нет, в отношении людей и взаимодействия с ними.

-Я даже не знаю, мне тебя поздравить с обновлением или нет? И может, - он подбирал слова. Это было заметно в паузах в его предложениях и фразах, - может, я могу угостить тебя кофе и мы поговорим уже? Не то, что бы я был, мог, - он глубоко вздохнул, - я не лучший собеседник все еще, но может, может мы попробуем? - Фитц заглянул в глаза Джеммы. Такие родные и знакомые, но в тоже время в глаза совершенно незнакомого ему человека.

Вот она. Его Джемма. Хрупкая, маленькая, красивая и бесконечно за него переживающая. Такая родная, потерянная в водовороте событий и жалости к самом себе. И почему он тянул так долго? Почему уже давно не пришел к ней, не обнял, не погладил по спине и не сказал, что все хорошо, что они справятся, что она нужна ему. Сейчас, вчера, завтра и каждый день, который у них есть. Он винил себя в своей слабости, в трусости, в жалких попытках найти сто пятьсот причин, почему не надо звонить и приходить. Какой же он был дурак. Идиот, лучше слова не подобрать.
С ней случилось такое изменение. А где был он? Сидел в лаборатории и жалел себя. Фитц даже не мог представить, через что пришлось пройти Джемме, пройдя через процесс терригенеза. Его не было рядом, когда он должен был быть. Сидел, заперевшись в четырех стенах, взращивая в себе жалость к себе и тому, что он не такой, как раньше. А надо было просто послушать сердце, а не разум, который его подводил и просто придти к ней.

Сейчас, чувствуя ее холодную ладонь в своей руке, смотря, как она переживает, как неуверенно поднимает на него глаза и трясется вся, как осиновый лист, он был готов прибить себя. Как можно было допустить все до такого? Как он, всегда тонко чувствующий ее, оставил Джемму. Оставил разбираться со своими проблемами, со всем, что на нее свалилось.
Все, что Фитц смог, под удушающим комом в горле и тугим узлом внутри, это просто обнять ее. Чувствуя, как она вся ходуном ходит от дрожи. От этого было еще тяжелее. Мягко поглаживая девушку по спине, ФИтц был готов так и остаться тут, в этом зале, никуда ее не отпускать, спрятать от всех, оберегать и хранить ее спокойствие. Весь мир перестал существовать за пределами этой комнаты. Да что говорить, весь мир Леопольда Фитца сейчас был сосредоточен в девушке, хрупкой, словно ваза их тонкого хрусталя. Хрупкой, но с разрушительной силой внутри. Она была невероятная. Джемма. Всегда вызывала в нем ураган эмоций и чувств. А он столько лет молчал. Не решался, боялся. И едва не потерял ее на всегда. А может и потерял. Смогут ли они найти дорогу к друг другу обратно? Сможет ли она его принять, после того, что он оставил ее.

Сейчас, чувствуя ее в свои руках, настоящую, не его галлюцинацию, а живую, теплую, шумно выдыхающую ему рядом с шеей в  ключицу, он был без пяти минут счастлив. Спокоен, радовался. Он был бы еще более рад, если бы она не переживала так, не боялась и не тряслась. Он был рад найти нужные слова, но как назло они все вылетели из головы. Да и что можно сказать в такой момент? Спустя столько времени?
Прости меня?
Я скучал?
Ты мне нужна?
Не оставляй меня одного?
Кто знает.
Он даже не знал, что происходит в ее жизни. Может, она любит кого-то, а может и нет. Может, вечером ее ждет кто-то, кто оказался достаточно умен, что бы не упустить Джемму.
От этих мыслей неприятно садануло внутри по тому, что люди называют душой и Фитц сильнее обнял Симмонс. Словно боялся, что сейчас она исчезнет, оставляя в его руках только эфемерный след.
Фитц боялся этого. Сейчас, прижимая ее к себе, и едва сдерживаясь, чтобы из глаз не потекли слезы, боялся остаться без нее. Боялся вернуться в свое одиночество. Слишком сильно. Джемма была его миром. Сейчас, тогда. Всегда.

Брови удивленно ползут вверх на словах Джеммы. Он смотрит на нее и не понимает, за что она извиняется. Что в ее голове происходит сейчас, что она говорит такие вещи. Говорит то, что должен он ей сказать.
Не понимает, в чем она винит себя. В то время, когда это он оттолкнул ее. Скрылся с радаров и не выходил.
- Джемма, - он мягко взял ее свободной рукой за плечо, чуть поглаживая и смотря в глаза, бесконечно красивые, в которых хотелось тонуть и не отрываться, - мне не за что тебя прощать, - он качнул головой, - слышишь, - внимательнее всматриваясь в ее глаза, - ты спасла мне жизнь, ты..., - он шумно выдохнул, на секунду прикрывая глаза, собираясь с мыслями, которые словно канва, расползались в разные стороны. Лео не знал, что сказать. Да и что сказать?
Он открыл глаза, возвращая взгляд на лицо девушки, мягко освобождая руку из ее ладони и кладя две руки на ее щеки.
- Я бесконечно тебя люблю, это никогда не изменится, - едва слышно произнес на выдохе парень, наклоняясь и касаясь мягких и теплых губ. И внутри разлилось тепло. Тугой ком внутри и в горле рассеялся, как предрассветная дымка, а сердце запело.
И даже если сейчас она отстранится, скажет, что не может, что у нее кто-то есть, он не пожалеет о поступке. Сделает все, чтобы она осталась рядом. Больше он не мог без нее. Ни секунды, ни минуты, ни тем более дня или дольше.
Эта девушка. Словно чистый сгусток света и тепла, освещающий пусть в самые темные времена и согревающая, в самые суровые холода. Она была нужна ему.
Сейчас, здесь, завтра и каждый день, что у них есть. Он не хотел заканчивать этот момент, не хотел разрывать эту связь даже на жалкую секунду.
- я не смогу больше без тебя, - тихо выдохнул мужчина куда-то в скулу девушки, обнимая ее и зарываясь лицом в волосы, шумно вдыхая приятный запах. Такой родной и близкий.