Они долго восстанавливали школу, по крупицам собирали то, что ранее было ее основой. Вот и тренировочную комнату удалось запустить далеко не сразу, сначала пришлось оборудовать нижние этажи и поставить там стоящую охранную систему, а уже потом привносить технические новшества для школы. Чарльз гордился тем, что у них получилось, гордился бы больше, если бы все не шло как обычно – не по плану.

Итак, комната для тренировок была готова. Запустить ее удалось, но не сразу, к сожалению, не сразу, потому что чертовы переключатели заклинило. Он сильно старался не ругаться в слух, но крепкое словцо так и просилось наружу.

И следом за запуском случился сбой в проводке, все погасло, потом свет вернулся, комната не вернулась. Сначала Чарльз подумал было, что разум его обманывают, что кто-то им управляет, насылает ложную картинку или еще что. Но телепатия подсказала что нет, все так и было.

Тренировочная комната исчезла и судя по панике в одном из залов с детьми, появилась не так где должна была быть. Отлично, просто отлично.

Решения этой проблемы он так и не нашел, поэтому в школе было объявление о происходящем, студентов поставили в известность как действовать и что предпринимать, преподавателям выдали инструкции к чему быть готовым. Чарльз пытался в сотый раз за последние дни спокойно попить чай и постараться придумать какой-то выход из ситуации. Дело сильно осложнялось тем, что они усовершенствовали комнату и теперь там был зашит целый мир.

Мир, в котором можно было бы жить.
Мир, который причинял боль, убивал, оставлял шрамы.

Кружка с треском опустилась на блюдце, и он вздохнул. Джин и Лорна стали неожиданными гостями в столовой, где он предавался отчаянию. И вместо приветствия Чарльз смог только махнуть рукой, потому что комната потеряла свои очертания, исчез стол, чай, любые предметы из знакомой обстановки и они оказались на пустынной дороге, перед старым потрепанным ангаром.

- О господи, только не сейчас. – Телепатический щуп метнулся из стороны в сторону, проверяя насколько огромной была площадка для игры в этот раз и Чарльз замер скрипнув зубами. Ну да, мир, целый мир, для него, Лорна и Джин.

Пустынный мир.
Необъятный.

- Полагаю, мы тут проведем некоторое время. – Он попытался было изучить обстановку, переключить свое внимание с давящей боли, агонии, отчаяния, которые приходили из вне на то, что нужно сделать и замер. – И мы тут не одни.

Машины были далеко, но пыль из-под колес поднималась столбом и быстро приближалась к трем путникам, которые оказались заброшены в это пространство и… время?

Происходящее напоминает вестерн, не хватает только перекати-поля и задушевной музыки. Напряжение вокруг троицы мутантов можно пощупать руками, слишком много эмоций тут завязано, слишком много людей стоит агрессивно, направив на них оружие. Чарльз знает, что они справятся, они всегда справлялись.

Он знает, что это только тренировка. Его мысль скользит дальше, это только тренировка, на которой они будут пытаться сделать из себя команду, проявить ту самую командную работу. Они должны с умом использовать собственные силы, они должны прекратить пытаться относится ко всем этим мирам как к живым.

Лорна стоит рядом, напряженная как струна, готовая сорваться в любую секунду и Чарльзу стоит большого труда сдерживать ее. Удерживать ее первый порыв – уничтожить. Что будет, если он не справится? Что будет с ними всеми, если он потеряет цель и ориентир? Если он не сможет действовать наперед, предупреждая порывы своих детей?

Что будет, если все когда-то закончится его безумием?

Он скользит по мыслям людей вокруг. Программа почти совершенна, она передает образы, чувства, мысли, ненависть к мутантам. Может быть действительно страж? А может кто посложнее? Может быть пора прекратить думать категориями людей? Они здесь внутри машинного мира, в котором есть кто-то, некто, кого нужно уничтожить.

Чарльз знает эту систему тренировок. Найти одного врага, единого врага и постараться стереть его в порошок, до того, как система посчитает тебя неудачником и вышвырнет в реальность. Чарльз проходил такие тренировки когда-то давно, с тех пор в этом мире мало что изменилось.

- Нужно помнить, что это командная тренировка и постараться на этом сыграть. – Чарльз выглядит и думает, как безумец, потому что программа и сама безумна. Но им нужно действовать сообща, чтобы выбраться отсюда без потерь.

Он выскальзывает из зоны поражения и отчетливо слышит Джин, как будто бы она стоит за его спиной. Но Джин должна быть в том самом амбаре, откуда идет какая-то не стабильная работа мутации. Какой мутации, Чарльз, пока не может определить, но что-то очень знакомое есть в почерке, который отражается в каждом действии этого мутанта.

- Постарайся не повредить их, возможно, нам предстоит работать с ними заодно. – Чарльз выпускает из виду Лорну, переключая внимание на амбар.

Почему-то идти туда страшно, как не было страшно при первом появлении. Идти туда как-то не получается, потому что мир покачивается перед глазами, разноцветный, иной, мертвый. Он думает о том, что там Джин, что нужно помочь ей, что нужно контролировать действия Лорны и не дать совершить ей ошибок. Он думает обо всех детях, которые попадут или попали когда-то в этот мир, сломанный и неправильный мир, который в пору разбить на осколки.

Он думает и скользит вперед, медленно заставляя себя передвигаться в нужном направлении. Амбар пугает тишиной и какой-то потусторонней пустотой, которая видится через распахнутую дверь. Чарльз не вздрагивает от ментальной атаки, пропуская ее мимо себя, заставляя волны осесть у ног, захлебнуться движением. Он идет медленно, как будто там что-то странное, страшное.

- Джин? Ты в порядке? Джин? – Он беспокоится за свою девочку, которая решительно рванула внутрь. Беспокоится, но все еще не может заставить себя идти чуть быстрее.

Как будто что-то противится его приходу.

Чарльз попадает внутрь и на мгновение слепнет от перепада света. Слепнет и моргает, приглушено ругаясь. Здесь темно, есть проплешины в металле, скорей всего ржавчина, и эти проплешины дают свету от солнца попадать внутрь. Здесь растения на свету, зеленые, яркие, таких не бывает в этом желто-сером мире, не так ли?

- Джин, ты как? Ты в порядке? – Он накрывает ее щитами, стараясь укутать, оградить от атаки, восстановить баланс. Ему важно, чтобы она была в порядке, ему важно, чтобы они все были в порядке.

Лорна где-то там воюет за всех них, воюет, потому что ее сила – это металл, потому что ее возможности чуть больше, чем простое оглушение. Она может контролировать движение людей, если захочет, если научится. Это ведь тоже не плохая тренировка, не так ли?

Где-то там воюет Лорна, а здесь из тени выступает Логан.

- Логан? – Чарльз почти хрипит. Не то испугано, не то задушено. – Господи, Логан, что случилось? Что с тобой?

Он почти тянет руку, почти касается этой тени человека, которого когда-то знал. Он почти получает ожог тепла от чужой кожи, но вовремя спохватывается. Программа уникальна, программа безумна, у программы свои собственные пожелания и свои собственные стремления. Программа должна их чему-то научить.

Где-то в тени слышится шепот, где-то в тени человек, которого Чарльз никогда не надеялся больше увидеть. Никогда не хотел больше видеть.

Он смотрит на самого себя. Рассеянный, искалеченный старик, который все еще тепло улыбается, протягивая к нему руки. И вот туда он идет, идет потому что сам себе он верит больше, чем какой-то программе. Он идет, потому что ему важно, чтобы все было на своих местах.

Ему важно понять, что именно тут происходит.

И когда он слышит шепот в голове, он понимает и от этого понимания становится нестерпимо больно, как будто из него вынули душу и посолили. Как будто бы он мог…
Как будто бы это могло быть правдой…

Где-то там за амбаром, Лорна задает свои вопросы человеку, который без понятия о том, что тут происходит. Она задает свои вопросы, в надежде узнать то, что Чарльз уже итак знает.

- Полагаю, мы тут ради тебя, Чарльз.