[nic]Pietro Maximoff[/nic][sta]run boy run[/sta][ava]http://funkyimg.com/i/2RGX7.png[/ava]

Окончательно осознав, что ни черта не помнит и всё ещё, вопреки стараниям Ванды, выворачивающейся перед ним наизнанку, пусть и умудряясь скрывать то, что ему знать то ли рано, то ли вообще не следует, не понимает кто он такой, Пьетро решил сбежать. Просто скрыться с базы, где очнулся и не возвращаться, вероятно, никогда. Потому что в этом вообще нет никакого смысла. Спидстер вообще сильно сомневался, есть ли смысл в том, чтобы пытаться стать прежним, стать тем, про кого знал только из чужих воспоминаний. Но зато уверен был, что в бегстве смысла гораздо больше, да и пользы. Решение далось даже слишком просто, а реализация заняла минимум времени - мало кто может остановить самого быстрого человека на земле, решившего устроить себе пробежку ориентировочно  длиною в целую жизнь. А стоило ему начать движение, как вопросов, что же делать дальше не стало - нужно просто бежать. Бежать, пока не устанет, бежать так быстро, как умел только он. Бежать прочь от своего прошлого, от попыток вернуть миру того, кто умер, но вроде бы выжил, оставив после себя целую груду обломков, которые никто не придумал как собрать во что-то целое хотя бы на скорую руку. Бежать прочь от всех, кто его когда-то знал и смотрел теперь с немым укором, когда он вёл себя иначе, не улыбался при встрече и не мог поддержать разговоры или посмеяться над шуткой, которую до своей временной смерти отлично понимал. Бежать прочь от чувства, что он недостаточно хорош, не справляется, подводит, причиняет другим боль. Бежать, просто потому что это единственное, что было с ним и тогда сейчас. Скорость, сила и бесконечный бег - всё, что ему осталось от прежнего себя.

И он бежал. Бежал пока не оказался достаточно далеко по своим внутренним меркам и не сделал первую остановку. Она была краткой - передышка перед очередным марафоном, ведь останавливаться было бы глупо. Его всё ещё ищут - он это знал. И чтобы его не нашли, ему всего-то нужно было опережать свою погоню, петляя между городами и странами, прячась среди толпы, оставляя след то тут, то там. Да, речи о спокойной жизни не шло, но он её и не искал. Он всё пытался вспомнить, рылся в недрах памяти, которая отказывалась сотрудничать, спал, ел, занимался мелким грабежом, даже не пытаясь играть в Робин Гуда и залезать в карман только богатых - совсем не было времени отслеживать подобную мелочь. Иногда пытался помочь без прричины, просто потому что это было в его силах, но встретившись с неприятием его сверхсил и желанием сделать в нём пару дырок, перестал - убить его, конечно, сложновато, но он не нанимался становиться чужой живой мишенью. Он знал, что раньше был героем. И умер как герой. Но сейчас не понимал своей мотивации - люди не жаловали мутантов, боялись, защищались, как умели. Ну и на кой чёрт тогда он за них умирал? Столько вопросов и ни одного ответа. Ничего нового, в общем-то.

Каждая остановка была случайной - Пьетро никогда не планировал заранее, где он будет восстанавливать силы. Но солнечный курорт с первого взгляда показался ему достаточно милым и, что немаловажно, достаточно безлюдным, чтобы шанс случайного и нежелательного узнавания стремился к нулю. Впервые со времени своего побега он решил задержаться где-то дольше суток, за которые успевал отоспаться и отъесться. Наверное, это было глупо. Но шум моря завораживал, позволял отвлечься от сотни не озвученных вопросов, перестать загоняться. Морю было абсолютно плевать на его проблемы и это, в общем-то, подкупало. А солнечные ванные ещё никому не вредили. На самом деле Пьетро любил бег, но постоянное вынужденное бегство уже начало утомлять, хотелось хотя бы пару дней тишины и ощущения, что время остановилось. Именно поэтому последние несколько дней Максимофф чаще всего валялся на песке, закрыв глаза согнутой рукой или замирал на самой кромке пляжа, наслаждаясь тем, как тёплая, прозрачная вода накатывала на него, а затем откатывалось. Это не вызывало никаких воспоминаний и это, в общем-то, было даже неплохо. Так было проще думать. Пусть и сложно оставаться на месте так долго, но это, если подумать, полезная практика. Может быть, если бы он чаще замирал и притворялся чем-то монументальным, он бы совершил меньше ошибок. Может быть.

Пьетро не оборачивается на голос, только устало морщится и открывает закрытые глаза, скашивая взгляд в сторону и даже не надеясь, что кто-то обознался - слишком хорошо, чтобы быть правдой. И всё же нет никакого смысла пристально всматриваться в нашедшую его женщину, как и вслушиваться в её голос - он всё равно не узнает. Тотальная амнезия. Все его потуги ещё ни разу не дали результата - всё, что всплывало в сознании во снах и кошмарах, было так или иначе связано с Вандой, а всё, что касалось остальных так и не поддалось ему, скрывшись за непробиваемым заслоном, который, наверное, спасал его от скорого сумасшествия. Наверное.

- Привет,- Пьетро здоровается легко и без лишнего раздражения, он просто знает, что если понадобится - он сбежит. А пока никто не навёл на него пушку и не пытается выбить из него никаких ответов, можно и поболтать. Недолго, конечно, потому что иначе снова придётся наблюдать привычное разочарование только в этот раз на вполне симпатичном лице рыжеволосой незнакомки. Вернее, они, наверное, знакомы, но Максимофф всё равно не помнит. - Стараюсь. Но, кажется, я проиграл этот кон. В следующий раз спрячусь лучше.

Спидстер, одетый в шорты и растёгнутую гавайскую рубашку, да ещё и не предусмотрительно босой, пожимает плечами и замолкает, прислушиваясь к перезвону браслетов и серег на своей гостье. Шумно вдыхает полной грудью свежий и даже какой-то сладкий на вкус воздух и перестаёт косить взглядом в сторону хозяйки крышесносной шляпы, уже достаточно увидев, чтобы убедиться, что ни черта её не помнит. Ему в принципе достаточно и рассмотренной в тени загадочного головного убора вполне дружелюбной улыбки, чтобы снова расслабиться и продолжить смотреть вдаль, туда где на горизонте небо сливается с морем, чуть приподняв лицо и подставляясь под ласковый тёплый ветер. У него много вопросов, но ему кажется, что он не получит ответов. Но кто не рискует, тот не спидстер, которому по статусу положено сперва сделать, а потом рассуждать.

- Мы, видимо, знакомы. Но, если ты не в курсе, я ни черта не помню. Так что если я тебе задолжал - можешь перенести встречу на попозже, как ты понимаешь, мне не очень хочется верить всем вокруг на слово. Вас много, а я один,- на лице Пьетро привычная улыбка и пара смешинок, спрятавшись во взгляде. Он всё ещё бесполезен. Всё ещё ничего не помнит, но он живой. Он чувствует, может говорить, может бежать и совсем не хочет этого стыдиться. Может быть он теперь будет другим человеком - так бывает. Но всем его призракам прошлого придётся с этим смириться или пойти к чёрту. Вот и всё. - Так, зачем ты меня искала?

Пьетро расслаблен, но морально готов рвануть с места в любой момент и скрыться. Просто вся его жизнь сейчас - бесконечное бегство от прошлого, которое он даже не помнит. Это достаточно утомительно, но иногда бывает весело. А иногда абсолютно бесполезно. Но он совершенно точно не напуганный ребёнок, чтобы рвать когти сразу же как только кто-то назовёт его по имени. Ну уж нет.