[icon]http://s8.uploads.ru/6Lwou.jpg[/icon]
Когда тебе захочется кричать,
набери – два-семь-один – пять-пять-пять

She is everywhere I go, Everyone I see
Winter's gone and I still can't sleep
Summer's on the way, At least that's what they say
But these clouds won't leave

Квентин тер переносицу с такой силой, будто хотел вдавить жалкую перегородку в мозг, позволяя всем нейронным цепям закоротить и дать мужчине долгожданную передышку. План-капкан и семь провалов - ситуация начинала вызывать стойкое чувство дежавю, держа его в окологеройской лиге словно в вечной френдзоне. И единственная его зацепка сейчас наверняка прыгала по крышам ночного города. Мистер Спайдермен – тайна, покрытая латексом, ну или чем-то на него похожим. И он старался, правда старался оставаться ко всему безучастным, гнуть выстроенную линию до конца, пока та, наконец, не приведет к нужному итогу или не отрекашетит ему между глаз.  Но Квентин Бэк все же плохой лжец при хорошей актерской игре, а может дело в том, что впервые за долгое время, мужчина разговаривал не с кофеваркой, а с живым человеком, иногда, минут пять, точнее с красной маской и большими паучьими глазами, но под этим всем определенно был просто человек из крови и плоти, так что один-ноль в пользу «живого» разговора. После выверенного и вполне долгожданного пересечения с Пауком, весь остальной мир начал казаться фасадом, голограммой высокой четкости для сохранения фоновой атмосферы. Бэк много работал, мало спал, и односложно отвечал на приветствия неинтересного ему окружения.
Недельное затишье било рутиной прямо по голове, хотя апрельский «выход в свет» все же приносил свои плоды. Мистерио – теперь даже больше чем имя или некий геройский бренд, приобретавший черты публичной оферты в рамках города и всемирной паутины. Ютуб пестрил смазанными и смонтированными видео с двух не очень крупных вылазок в стиле «копы в беде», но до релиза серьезной угрозы в лице Элементалей публика еще недостаточно разогрета. Приятным оставался тот факт, что Мистерио его окрестил именно народ, своеобразная меленькая победа на пути к большой цели, однако, Пауку при последующих мимолетных встречах, отдающих сладким запахом пончиков, Квентин сообщил свое настоящее имя, во многом потому, что его «Мистер Мистерио» звучало просто ужасно, ну и в телефонной книге проще искать будет.
Не прогадал.

Now spring has brought the rain
But I still see your face
And I can not escape the past
Creeping up inside

Ванна была прекрасна. Пустая, прохладная и чистая, куда Квентин сел, не снимая брюк и рубашки, но с остервенением отбрасывая галстук в сторону еще на входе. Дешевое пиво покрылось каплями от разницы температур и каждый новый глоток все меньше остужал шальную голову. Во вкладках смартфона быстрый переход на Ютуб, поиск по хештегу, видео подростков, гадающих, что за лицо скрывается под «аквариумом», и новые нелепые предположения о том, что Бэк - человек-амфибия с другой планеты. Ну, что сказать – половина правды в этом всем была. Квентин посмеивался, отхлебывая темное крепкое и время от времени наблюдая как по квартире неуклюже летали боты, словно новорожденные птенцы. Полицейская волна шуршала мелкими происшествиями, но ничего, требующего внимания героя там не было. Мистерио откинул голову на округлый бортик винтажной ванны, отложив телефон на туалетный столик.
Мысли – это вечная заточка в вашем боку, неглубоко, но смертельно опасно. И сейчас Квентин ловил себя на том, что действовать по наводке Паука было приятно. Приятно было делать что-то по-настоящему, в реальной ситуации с реально возможными жертвами и невозможностью предсказать исход истории, даже понимая, что ты заведомо сильнее преступников в сложившихся обстоятельствах. Его же избранная на данный момент стезя – постоянное сублимированние героизма, зашкаливающий хайп и фигурки с аквариумной бошкой в разделе must have.
Хм, растворимый кофе или настоящий?
Имитация героя или тот, в кого будут верить?
Цокнув, Бэк слегка приложился затылком о бортик ванны, поморщившись от боли и потухнувшего настроения. Он может получить желаемое малой кровью, но будет ли удовлетворён результатом. У цены и ценности общий корень, но слишком разные значения. И Квентин снова обещает себе, что занимается геройским фрилансом в первый и последний раз, ему нужно работать над ботами, голограммами и вселенской угрозой человечеству, после победы над которой он будет пожинать лавры всю оставшуюся жизнь, а не вот это все. Мелкокалиберная работа просто не может приносить столько удовольствия, но факты вещь упрямая, а себе лгать вообще нехорошо, так что сколько бы Квентин не отмахивался, все происходящее на этой земле в его жизни давало тот драйв, который он так и не испытал на родной восемьсот тридцать третьей. И в этом зарождалась проблема – ему нельзя увлекаться, нельзя отступать от намеченной цели.
Осталось только скорешиться с Пауком, который оказался тем еще моллюском в раковине. Квентин всерьез начал подозревать, что герою не так уж много лет, да и тенор в голосе не выдавал в нем старика, а выйти на близкий контакт все же было необходимо, без этого он просто тратит время в пустую.  Бэк всегда считал, что потворство, как и противоборство – это всегда личное. Война – тоже всегда личное, кто бы что не говорил. Люди, спасающие людей по средствам умерщвления третьих лиц, у которых всегда найдется кому мстить за это героям и у каждой войны герои разные, как и враги. Взять тот же раскол Мстителей, а у Квентина было достаточно времени и ресурсов для изучения истории. 
Но так или иначе, Паук ему еще даже не открылся.  Как говорится, совместно выпитый кофе – еще не свидание.
«Хреново работаете, мистер Бэк» - мужчина залпом осушил бутылку и не заметил, как провалился в зябкий сон прямо в ванной.

Настойчивая вибрация выдернула из лап Морфея не хуже пощечины, Квентин подорвался, фокусируясь на экране съехавшего в ванну телефона. Неизвестный номер, уже один непринятый и ванна, дребезжащая в такт. Мужчина хватает смартфон, бегло смотря в левый верхний угол прежде чем ответить. Парень, боже, 4 часа утра, и если никого не убили, то это сделаю я. Квентиму мало кто еще мог позвонить в такое время, точне никто, кроме..
- Да, - короткий и хриплый ответ был максимумом, на который сейчас способен Мистерио. Но вместо четких и коротких координат в трубке повисло ощутимо неловкое молчание. Квентин осел в ванну обратно, прислушиваясь и через боты устанавливая вызов на запись на компьютере. Анализировать свою обеспокоенность за жизнь еще незнакомого ему человека не было времени, да и мозг работал в автономном режиме ровно до назначения встречи.
- Без проблем, - лаконично ответил Квентин попутно улавливая большое количество помех, - а где? – он все же решил выбраться из ванны, комично оступился на занавеске и выронил телефон в ванну, надеясь, что не разбудил своим грохотом пол квартала.
Когда Бэк снова приложил трубку к уху, там уже раздались гудки. Квентин тяжело вздохнул и через компьютер переадресовал вызов по зашифрованному каналу обратно и кажется сигнал прошел, потому что смартфон заиграл «Baby shark, doo doo doo doo doo doo» и Мистерио окончательно проснулся, отводя экран от уха и скептически смотря на телефон.
- Ты это серьезно?! – вырвалось у псевдогероя, - я надеюсь координаты ты пришлешь смс-кой, Паук, да хоть бинарным кодом или ребусом.
Квентин положил телефон на стол, оставляя громкую связь и отходя от него, словно тот радиоактивный. Ну хоть не утиные истории
Мистерио облачился в костюм под веселые гудки, уж очень настораживало состояние его знакомого, полетная система уже была полностью переконструирована и делала его перемещения быстрыми, лабильными и весьма незаметными, особенно в комбинации с плащом.  И большим плюсом стала возможность надевать костюм поверх облегающей, но повседневной одежды, если с ЧС они разберутся быстро, обратно Бэк предпочтет прогуляться и проветрить гудящую голову.

Отредактировано Quentin Beck (2019-08-09 15:31:24)

I get lost in the beauty Of everything I see
The world ain't as half as bad
As they paint it to be

И все же городские джунгли были прекрасны на рассвете, что прокрадывался между стеклянными многоэтажными скалами тихой поступью, робко щупая лучами каждый угловатый выступ или замысловатый узор металлических прутьев. Квентину нравилась эта планета, скабрёзная, противоречиво-элегантная, словно юная леди впервые одевшая высокие каблуки и юбку выше колена. Он проплывал бесшумной тенью над крышами спальных районов, то и дело сверяя координаты и поражаясь, насколько близко было выбрано место встречи от собственного дома. Знал ли о нем Паук больше, чем предполагал сам Бэк или это просто совпадение, или парень просто не сильно думая выбрал место ближайшее к себе, а не к нему? Вопросы и их бесконечное множество, растущее с каждой встречей в геометрической прогрессии. Квентин чувствовал себя так, словно на него вывалили гору фигурок из тетриса, которые он складывал и так, и эдак, но общая картина больше была похожа на развалины, чем на целостное полотно. И сейчас предвкушение не покидало Бэка, инстинкт хищника, усиливающийся от осознания возможного ранения или слабости «жертвы». Паучий страж города продолжал быть целью номер один, от которой простиралась сеть-паутина буквально ко всему. И Квентин свой шанс не упустит.
На небо будто вылили банку акварели, растекающиеся пористые облака вытеснялись лилово-розовыми разводами, быстро приобретающими теплые оттенки восходящего солнца. Костюм начинал играть красками, настроение начинало играть на высокой ноте. Чтобы там ни случилось у юного мстителя, сам Квентин собирался остаться максимально участливым при в общем-то полной отстраненности от ситуации. Датчик издал тоскливо-пищащий звук, сигнализируя о максимальном приближении к точке координат и Мистерио уже видел чуть ссутулившуюся спину своего единственного на данный момент соратника, замирая в воздухе и рассматривая робкую сейчас фигуру вдвое меньше его собственной. Паук казался максимально беззащитным, пусть Бэк и прекрасно знал и уже неоднократно видел парня и его костюм в действии.
Что-то в окружающей атмосфере изменилось и Квентин завис в паре десятков футов, выключая назойливый датчик и отключая аквариумный шлем, позволяя себе рассматривать все собственными глазами.

Come home, Come home
Cause I've been waiting for you
For so long, For so long
And right now there's a war between the vanities
But all I see is you and me

Развалины. Не буквально, возможно, но вполне ощутимо физически. Красно-синий костюм виднелся на самой верхушке заброшенно-опустошенной многоэтажки, такой же нежилой, как и все в радиусе нескольких футов. Квентин не любил, когда в его голову возвращались воспоминания, но они не спрашивали его, когда прийти, не стучались в ветхую дверь с табличкой «жизнь до и после» и не вытирали ноги на пороге, врываясь поначалу стремительно и резко, а затем стекая по стенкам сознания обрывками фраз из электронных репортажей. «Восемьсот тридцать третья». Бэк не знал, почему одинокая фигура Паука вызвала стойкую, практически голограммную ассоциацию, но Он словно очутился дома, и это противоречиво заставляло улыбнуться и сглотнуть ужасно острый ком в горле. Перед глазами мелькал заброшенный корпус Капитанов Британия, пустая научная база, что словно консервная банка – если пнуть камень, то эхо разлеталось от подземных этажей до ночного неба, на которое под тихий шелест дронов смотрел Квентин из ночи в ночь. Смотрел мельком, смотрел вдумчиво и особенно долго смотрел, когда терпел неудачу или чувствовал нечеловеческую вселенскую усталость. Тогда он не был ни героем, ни псевдогероем, он был человеком и нуждался в человеке рядом, которого не случилось.
Послевкусие от нахлынувших эмоций скрипело песком на зубах и Бэк буквально впился взглядом в фигуру на крыше. Солнце медленно пробиралась сквозь стены более высотных зданий, но выбранное Пауком место было словно отрезано от него, обесточено. Есть ли, интересно, у Паука что-то за душой кроме геройства, трюков и непривычно сладкого запаха? Люди, к которым он приходит, снимая костюм? Друзья? Собака? Смешно даже, у Квентина такого не было, да и не сказать, что он сильно нуждался. Но Мистерио впервые поймал себя на мысли, что Паук - не результат чудо сыворотки местного Капитана, не железное сердце Тони Старка, не волшебный Доктор с живым плащом и даже не мужик с кошачьим прикидом, он реально просто человек с чуть большим чутьем и запалом в мышцах, с чистым сердцем от которого Квентин морщился как от текилы с лаймом, с постоянным кредо спасителя простых смертных, отчего Бэк сжимал кисти в кулаки, сдерживая позывы смачно треснуть себя по лбу от растраты такого таланта на такую казалось бы чушь. Но Паук это…Паук. Мистерио практически уже даже привык к его специфическому взгляду на мир, уж слишком открытому. Парень мог сколько угодно прятать от мужчины свое лицо, но свое нутро, мысли и сердце он уже выставил на показ. А это большой и жирный тактический проигрыш перед попаданцем с другой планеты.
Однако, тактика самого Квентина шита не самыми прочными нитками. Ты не можешь управлять тем, кого не знаешь или не понимаешь, это верно, но поняв, приходится раскрыться самому и тогда к тебе могут применить твое же оружие. Без рисков никуда. Но от такого как Паук этого, конечно, не стоило даже ожидать. Честность и справедливость в сверкающих глазах, ну то есть линзах, и каждом робко-скрипучем слове из уст героя не оставляли шансов для серьезных опасений.
Квентин наконец отмер от пространственной медитации в воздухе и поспешил уже добраться до ожидавшего его мстителя. Любопытство вытесняло все остальные мысли и Бэк надеялся, что у этой встречи будет плодотворная почва и ему наконец удастся раскрутить героя на диалог больше, чем из двух предложений. А то можно и выпить чего-нибудь. Да по душам. Да в душу эту и вцепиться.
Квентин ожидал много, даже можно сказать, чего угодно – ранения, замкнутости, усталости, нового плана на месяц по спасению местных кошек, но никак не… этого напряженно звенящего голоса, сомкнутых ладоней, вдавливающихся в друг друга и убегающего от контакта взгляда даже сквозь маску и линзы.
И опять это гребаное чувство, на грани саркастичной истерики. 
«Ты – идеальная мишень, парень, но почему прилетает-то по мне?»
Квентин уже видел это. Видел в кривом отражении бензинной лужи на восемьсот тридцать третьей, пропуская через себя напряжение, так и не выходящее наружу и точно знал, какие «лекарства» парню сейчас не помогут. 
- Ничего не случилось, если что, это.. мм
«Ну конечно, в четыре утра тебе просто нечем было заняться, поэтому ты хохмы ради затащил меня в этот замороженный недоапокалипсис с привкусом чьей-то (дайте угадаю чьей) печали?»
- Это у тебя такие места для компанейских посиделок? – голос слегка хрипит со сна и создает насмешливую добрую тональность, Квентин осматривается еще раз, демонстративно, немного щурится вернувшись взглядом к пауку, но по маске эмоций не уловишь, - пончиков, надо полагать, в этой дыре не предвидится..
-  Это просто я – фразы звучат в разрез и резонанс друг к другу, практически одновременно, как высокая и низкая нота. Квентин может состроить понимающе-сочувственное лицо, но не делает этого. Может потребовать объяснений, но не делает этого. Может сострить и это даже будет правильно, но не делает этого. Просто потому что играть можно во всё, да не во всем.
«Это просто сумасшествие какое-то».
Вся отстраненность Мистерио медленно начинала катиться по наклонной. В голове звенели набатом: «Если ты хочешь вовлечь, тебе самому придется стать вовлеченным» и «за неимением приманки приманкой становишься ты сам» и прочие постулаты прошлой жизни.
- Просто ты, значит, - маг перестает парить над крышами, плавно опускаясь на холодной бетон подле героя. - А это просто утро, парень, – Квентин изображает руками в воздухе что-то нечитаемое, жестикулируя в такт своим словам. – Которое просто я часто начинаю с переваренного кофе и ужасно неудобных костюмов, а иногда с поимки тех самых парней, о которых мы с тобой не слышим потом на полицейской волне, и это весьма неплохое утро, - Мистерио усмехается, смотря то на неотвратимо наступающий рассвет, то на ужасно увлеченного своими ладонями Паука. - Но бывает утро и другого порядка. Где много 833-ей, и где каждое утро я должен находить себя заново, здесь, знаешь..
До Квентина медленно доходило, почему, возможно, Паук его позвал, но в этой встрече не будет никакого смысла, если говорить за двоих будет один. Бэк мог поклясться, что буквально ощущал эпицентр растерянности где-то подле себя, в герое, что рассыпал горсть бисера собственной жизни и отчаянно пытался собрать по крупице обратно в мешок. Было ли так на самом деле? Или Квентин просто перенес собственные дифформации на совершенно другого человека?
- А что «просто ты», парень?  - в этом вопросе были все другие вопросы, не высказанные ранее, неуместные, не своевременные. В этом вопросе было немое обещание: «скажи мне кто ты и я скажу тебе что с этим делать дальше». В этом вопросе не было подвоха, а лишь возможность, и его задавал не Мистерио Спайдермену, его задавал Квентин Бэк человеку под маской Паука. - Геройское утро начинается не с кофе?