Возвращение домой несёт свои проблемы, особенно если ты не желал этого. Всякие призраки прошлого и столкновение с тем, от чего когда-то бежал. Джеймс прекрасно жил в Мексике, где никто не знал его имени; не осознавал опасности исходящей от него; полностью отгораживал себя от тех мыслей и людей, что когда-то становились безумно дорогими для люпина. Он лишь делал несколько шагов в сторону новых, не пытаясь даже завязывать отношения. Хоулетт изучал деревушку, чтобы понимать кто мог представлять опасность и с кем лучше вести определённые дела. Наблюдал за каждым жителем, создавая небольшой список у себя в голове, в котором и помечались особенности каждого отдельного человека. Кому-то нужно было помогать в делах, в которых сам не смог бы сделать абсолютно ничего, другой же просил не лезть в точно такую же сферу, пытаясь сделать все сам. Они жили по определённым законам и циклам, которые словно повторялись и изучить это было просто, когда ты не влезал в муравейник, а лишь старался наладить работу в нём, но в этом здании... Все было по-другому. И поэтому он так и не хотел приезжать сюда. Все эти лица заставляли его вспоминать, чувствовать и вновь привыкать к приятным моментам внутри особняка. Некому ребячеству учеников, от которых вымораживало, но в тоже время становилось приятно где-то глубоко внутри. То самое паршивое чувство нужности, которое испытывал сейчас люпин. Некая буря эмоций, что пробуждалась внутри него и начинала сметать все на своём пути. Каждую стену, которую он так старательно выстраивал все это время сметало на своём пути все. Джин, которая появилась тогда и сейчас подобравшаяся максимально близко к тому, чтобы заставить канадца вновь вернуться в прошлое, когда он хотел забрать её у Скотта. Люпин с каждым днём становился все ближе и ближе с ней, восстанавливая все, что было потеряна за многие... годы? Чарльз, который приятно удивил зверя своим возвращением и возвращением из коляски. Что уж говорить об Анне и Гамбите? Даже несмотря на нового члена семьи, которым являлся динозавр, все в этом особняке быстро стало для люпина вновь привычным. Расписание, учебный процесс и даже отсутствие кофе по утрам. Всего за несколько дней он привык к этому всему и начинал вливаться. Начинал спокойное общение со всеми, словно и не пропадал на долгое время... Ну, почти со всеми.

Одна дверь продолжала оставаться для него чем-то недоступным. Постучаться в неё он так и не мог, лишь изредка проходил мимо и останавливался, смотря прямо на неё, а затем вдыхая огромное количество кислорода, что выделял её сад. Люпин слышал, как девушка передвигается за дверьми, ощущал её аромат, и не двигался, словно загнанный в угол зверь. Страх заставлял его оцепенеть, словно антилопу при виде хищной львицы, которая набросится на него. Поэтому при малейшем ощущении того, что ручка вот-вот повернётся и Монро выйдет из комнаты, Джеймс, подобно травоядному, покидал помещение, не оставляя после себя ни малейшего следа. Ороро все ещё оставалась тем человеком, с которым Джеймс не хотел сталкиваться из-за многих проблем между ними. Все началось с того чертового вируса, из-за которого ему пришлось повернуться к ней спиной, заставить её уйти от него и оттолкнуть настолько сильно, насколько только было возможно. Да и все возвращений в институт было под запретом только из-за неё. Ведь Джеймсу было стыдно, и даже неприятно. Быть может из-за чувств, которые испытывал канадец? Прожив сотню лет, он так и не научился отпускать людей и привязывался к ним, но что если ей это было не нужно? Забавно, ощущать себя школьником рядом с ней было даже глупо, разве нет? И так бы и продолжалось ещё несколько недель, если бы у судьбы не было своих планов на их встречу.

Очередной день и канадец возится на кухне, в попытке найти чертов кофе, чтобы суметь взбодриться перед тем, как попытаться увернуться от обязанностей и встречи с той, кто до сих пор заставлял его ощущать спокойствие в душе и усмирял гнев. Хоулетт ругается, погружаясь в свои мысли, ставя чашку на стол.

— Хм, — он поворачивает голову, не придавая значения приближающимся шагам. Дети часто заходили в эту часть здания, да и в такое время. Главное, чтобы не припёрся Эрик, который бы вновь смотрел жалостливыми глазами на люпина. Но внутри себя он пытался искать подходящие слова, на случай если столкнётся с Богиней. Казалось бы, что может быть проще? Вот только сначала отшейте женщину, а потом попытайтесь объяснить, что это было из благих намерений. Даже адамантий не спасёт от её гнева, — наверно стоит начать с привет? И сразу увернуться, — добавляет Джеймс, хватая кофейник правой рукой, после чего наливает небольшое количество напитка в кружку, одновременно с этим оборачиваясь. Его взгляд направлен на кофе, — если только не на улице. Лучше при учениках, — вот только дальше до его ушей долетает звук того, как разут закрывается дверь, а перед канадцем стоит та самая женщина.

— Ороро? А я не знал, что ты здесь, — «а то бы убежал раньше...» Добавляет про себя люпин, все ещё продолжая лить напиток в кружку, даже не замечая, что та уже переполнена и горячая жидкость течёт прямо на пол, обжигая его кисть.

Отредактировано James Howlett (2019-09-22 18:54:15)

Что вы ощущаете при встрече с человеком, которого давно не видели? Как бы не злились на него, или были слишком усталыми от дороги, но его вид способен перевернуть не только настроение, но и заставить почувствовать приятную теплоту в груди. Можно попытаться скрыть радость или как-то отстраниться, но рано или поздно, оставшись наедине, вы тут же растаете, почувствовав не только бесконечную радость, но и то тепло, что способен подарить вам этот человек. Вы начинаете отдаваться всем чувствам, что переполняют не только тело, но и разум и вот уже не скрыть улыбку, счастье вылезает на ваше лицо и заставляет всех вокруг шарахаться, словно какой-то поехавший сейчас с ними. По факту это так, ну а впрочем… Росомаха часто встречался с различными людьми из своего прошлого. Некоторые были крайне приятны, например та же Джин и Эмма, пусть и не вызывали таких эмоций, но что-то около того было. Правда, ещё хотелось послать их нахер, что Джеймс с огромным удовольствием и делал, но это уже мелкие моменты, верно? Они явно не стояли рядом с такими гигантами в плане ненависти как Крид или какой-нибудь условный воин руки, что попытался бы разрезать люпина сразу же как, увидели бы. Все это уходило на задний план и сдержать эмоции у него получалось. Всё это было отточено ещё во времена армейской службы, при этом даже заложено русскими. Казалось бы, что эти создания только пить могли, но нет. Так что защита у люпина была действительно мощной, которая и позволяла порой делать сложное лицо кирпичом, не позволяющая не только прочитать его мысли и чувства, но и как-то заставить мутанта выдать их. Хера с два, такое не могло произойти, ведь он крутой парень из того самого боевика, на подобии Рембо. Приходит и молча разбирается со всем дерьмом, выкидывая мусор из здания и не особо задумываясь о других вариантах.
Если бы это было так всегда.

Сейчас же он стоял на кухне напротив той, что, быть может раньше, вписалась в общую концепцию людей, которые явно не могли бы даже приблизиться к тем, что сумеют повлиять на внутренний мир самурая. Более того, они даже не сумели бы заставить его ощущать себя сломленным, но нет. Увы. Уже больше нескольких лет дама, стоявшая перед ним, была как раз же той самой, что прекрасно понимала мотивы и желания зверя. Умела не только вовремя успокоить, но и суметь сделать так, чтобы его злоба вовсе не появлялась никогда. Тот самый зверь, который жил внутри него не вырывался и не ломал свою клетку. Всё это было результатом её тёплых рук и внимания к деталям. Её взгляд, движения губ и даже запах, исходивший от тела кенийской женщины были тем, что влияло на канадца куда сильнее его любимого пива. Оно сводило с ума и сносило голову даже круче, чем в своё время Джин. Вот только чтобы понять это ушли годы, причем довольно долгие. Безусловно не обходилось без конфликта с Грей, выбор между двумя. Той, что сейчас счастлива с мужем, да и всегда была с ним. Пытаться вечно бежать за тем, до чего Джеймсу было никогда не добраться, пусть и были моменты на острове, суть которых им так и не удавалось понять, а ещё отличить правду от иллюзии совсем не предоставлялось возможности, но Грей всегда была тем, что Росомаха просто не мог заслужить. Пусть и любил долго. С Монро всё было проще. Любая тварь всегда боялась погоды и грозы, которую не мог объяснить. Она была равна ему по силе духа, если не сильнее, и крайне хорошо подбирала слова и действия, способные повлиять на люпина, и заставить его думать. Конфликты, возникающие между ними – решались по средством понимания на каком-то инстинктивном уровне. Чёрт возьми, да это почти идеальные отношения, если не считать небольшого насилия и каждодневной укладки из-за маленьких искорок, бегающих по телу Грозы, из-за чего Росомаха просыпался словно с причёской афро из далёких восьмидесятых. Тогда ведь были они модные, да?

Его глаза останавливаются на лице Ороро, медленно изучая, пытаясь найти хоть какие-то новые элементы для себя. Но чёрт возьми, это было действительно нереально. Каждую ночь она приходила к нему во снах, сохраняя отложенную в памяти картинку, восполняя какие-то пробелы, что должны были появляться у любого человека со временем, но её мимика, жесты, тело, запах… Мужчина совершает глубокий вдох, сосредотачиваясь на её аромате, но кофе прекрасно справляется с попытками Джеймса пропасть в воспоминаниях, блокируя рецепторы. Это и позволяет мутанту заметить, что горячий напиток сейчас не только обжигает его руку, но и льётся прямо на пол.

- Ох блять, - приходится отвести взгляд от неё, хотя это больше происходит нехотя, через какую-то силу, которая мешала обычному, даже привычному, движению глаз. Словно он любовался прекрасной картиной, а сейчас вынужден вернуться в будни. Хоулетт отсавляет кружку и кофейник на столе, хватая тряпку, что лежала около мойки и вытирает руку, ощущая, как та начинает чесаться. Судя по всему, он так простоял достаточно давно, чтобы получить ожог. Но, регенерация ведь тоже должна работать, верно? И почему-то сейчас он не стремился уже поднять глаза обратно, словно пряча их, испытывая… Вину? Наверно было даже неудобно встречаться с бывшей? А с бывшей ли? В плане отношений, возможно, но вот чувств. Этого он никогда не любил, да и не мог понять всей этой внутренней привязки. Ему удавалось оставаться привязанным к определённым людям крайне долго, словно так и было нужно и задумано кем-то другим. Что та же Джин, за которой он бегал словно пёсик, что Ороро… А ведь была ещё и та, для которой он навсегда останется лишь пёсиком.

Хмуря брови, он нагибается, проводя тряпкой по полу, впитывая чёрную жидкость, пытаясь убрать то, что только что натворил. Не подумайте, он не был чистюлей или свиньей, но просто сейчас это был какой-то повод вновь сбежать. От её пронизывающего взгляда, разговора и очередного выяснения отношений. Ведь не сдаваться он намерен, верно?

Вновь возвращаясь обратно, он как-то складывает тряпку, а затем, прицелившись, бросает в раковину, одновременно продолжая разговор, - я про кухню. Ты в это время обычно ещё минут двадцать в саду, - Джеймс чуть оборачивается, доставая вторую кружку и отворачиваясь от Ороро. Хоулетт опускает голубые глаза на свою, также хватая её и разливая кофе по двум сосудам, деля поровну. Даже не пролил ничего, разве не чудо?

- Я просто, - он слегка мнётся, сжимая свои скулы и пальцы на руках, сильнее обхватывая кружки с кофе, - прости. Тяжёлые два дня. Динозавры, дети, новое место. Да и.. Последние месяцы, - он оборачивается, наконец-то вновь смотря на неё и пересиливает желание не двигаться с места, всё же начиная приближаться, - кофе? Варил я, но вроде бы неплохой.

И всё же он оставляет кружку на столе около неё, всё ещё не приближайся. Ощущение стены останавливает канадца, который, с большим желанием, сейчас просто ушёл бы из помещения, имея здесь другой выход. Сбежал, как он всегда и делал, но вот нужно ли было это сейчас? Чёрт его знает. Единственное, чего он действительно хотел, так чтобы всё это прошло… Но, кажется, теперь будет только нарастать. Его глаза останавливаются, пересекаясь со взглядом Ороро и заставляют совершить тяжёлый выдох, а вдох уже сочетается с горячим напитком, дабы хоть как-то убрать ёбанный ком, мешающий ему не только говорить, но и думать.

- Всё ещё лучше, чем в той заднице, в которой я… - ему хочется сказать жил, но ведь она знает правду? О том, что Росомаха скрывался. И главной причиной того, что он не хотел возвращаться оставалась она.